– Муж недавно нашел работу. Хочется верить, что все наладится. У нас есть курица, три кота и собака, – поделилась Валентина счастьем и предложила: – Я сейчас сбегаю на телеграф и дам телеграмму Аленке. Пусть она приедет. Она будет так счастлива!
Но мы сказали, что отправляемся в путь дальше.
Условия жизни бывших соседей произвели на нас тягостное впечатление. От тяжелой жизни народ сильно выпивает в таких местах. Очень страшно это наблюдать нам, людям, не знающим, что такое выпивка, и я внутренне содрогнулась, представив, что мне придется задержаться в этой деревеньке. Хотелось быстрее сбежать оттуда. На прощание мы обняли тетю Валю и обещали писать письма.
Сейчас мы едем в Ставрополь. Это один из крупнейших городов Северного Кавказа. От Грозного он находится на расстоянии в 500 км. Я никогда не была в Ставрополе, но часть моих предков оттуда: мать Юли-Малики, прапрабабушка Елена родилась там.
Когда садились в автобус, то успели выслушать еще одну историю русской беженки из Чечни, Катерины. Молодая женщина, услышав, что мы из Грозного, заплакала и сказала:
– Тут ад, еще страшнее чем, в Чечне. Власти ничего для нас не делают. Там, в Чечне, нас могут убить по национальному признаку, а тут просто ненавидят.
Местные издеваются, обзывают “чеченскими тварями”, “чурками”. Так называют всех русских, которые родились в Чечне. Раз ты там родился – на тебе клеймо! Помощи не дождешься.
А гадости делают изобретательно: то дом подожгут, то из села изгонят. Я как белье постираю, во дворе повешу, его чернилами заливают. Собаку нашу недавно убили. Нет жизни – хоть вешайся. Чеченцы чеченцам помогают. Поддерживают. Многих за границу отправляют в райские условия. До нас же, русских беженцев из Чечни, никому дела нет.
22.20.
Привет!Мы в гостинице “Эльбрус”. Это одна из дешевых гостинец Ставрополя, в районе Нижнего рынка. Всех запускают без проверок, но когда прочитали у нас в паспорте: “Чеченская Республика”, невзирая на русские фамилии, нам не сдали номер. Отправили в ближайшее отделение милиции, чтобы там нас проверили, не являемся ли мы “чеченскими бандитами”. В милиции нас заставили заполнить анкеты с вопросами, кто мы, откуда и по каким делам прибыли. Потом благополучно дали разрешение, чтобы мы сняли номер в гостинице. Мы вернулись в “Эльбрус”. Сотрудники долго удивлялись, как это милиция не попросила с нас взятки и отпустила просто так! Но я предусмотрительно показала служителям закона удостоверение журналиста, и о взятке никто даже не заикнулся. Попались порядочные милиционеры!
Номер, по местным меркам, мы сняли недорого. Комнатка, две кровати. Ванны нет. Чтобы помыться в душе, нужно пройти метров сто, спуститься с лестницы и поплутать. Радио в номере работает, а телевизор – нет. Он старый, из СССР.
Ставрополь расположен на холмах, как Рим. Город красивый, много деревьев. Но резкие перепады давления. Болит голова.
Мне, привыкшей жить в строгом мусульманском мире, не нравятся местные свободные нравы, веселые люди в подпитии. Я хочу домой! Мне впервые так страшно. Оттого, что все эти люди не похожи на меня. Они не плохие и не хорошие. Просто – другие. Я не в силах понять их, словно сошла с инопланетного корабля, в длинных одеждах и платке времен древней Палестины.
Сегодня женщина на улице сделала замечание, что я похожа на цыганку.
– Цыган все презирают и гоняют, – сказала она. – Сними платок! Ты ведь русская. Не позорься.
– Почему я не должна быть похожа на цыганку? – удивилась я. – Они прекрасно поют и танцуют! К тому же я не считаю себя русской.
– Ты считаешь себя чеченкой? – спросила она удивленно.
– Я считаю себя человеком.
– Но в платке ты похожа на цыганку или чеченку! – возразила женщина.
– А чем плохо быть похожей на чеченку? – сказала я.
– Мерзость! Как ты можешь?! Они же “черные”!
После чего обозвала меня дурой и ушла.
Как хорошо я теперь понимаю убитого в стихийной перестрелке Володю-Ваху, русского парня, который принял ислам, молился и вел скромный образ жизни. Он не смог уехать из Чечни в Россию. Говорил, тут слишком свободные нравы.
Многие люди моей родины, несмотря ни на что, отличаются скромностью и верой в Бога. Это помогает им побеждать внутренних демонов. Ангелов нет на земле, они в раю. Но люди могут совершенствоваться.
Хочу домой!
03.11.
Я дома. 31 октября гремели теракты. Взорвалась машина возле больницы № 9, и был взрыв при въезде в Грозный.
Опять погибли люди. Войне нет конца.
Об этом гласит старая притча, рассказанная мне в детстве тетей Марьям: