Муж уселся в одно из кресел, я – в другое. Начинать разговор я не собиралась. Он захотел поговорить? Ну, вот и пусть разговаривает. А я послушаю. Может, даже потом скажу что-то. Умное.
– Как так получилось, что тебе в руки далась родовая книга? – муж говорил спокойно, и это настораживало.
Я уже видела, что нервы у него не в порядке, вспыхивал и взрывался он постоянно, по малейшему поводу. И нынешнее спокойствие меня удивляло. Явно гадость какую задумал или тщательно держит себя в руках, чтобы потом взорваться сильнее прежнего.
– Оно само, я тут не причем, – пожала я плечами. – Я всего лишь хотела попробовать почитать что-нибудь на местном языке, подошла, увидела толстую черную книгу, взяла ее. Потом из моих рук посыпались искры, а книга исчезла. Вот и все.
Муж, как его там зовут? Арнольд? Ну вот, он скривился, как будто съел сразу десяток лимонов, и теперь у него массово заныли сразу все зубы.
– И чем мне это грозит? – поинтересовалась я.
– Тебе – ничем. Род будет возрождаться.
– И? Это же хорошо, нет?
А вот теперь Арни чуть не зарычал, даже клыки из-под верхней губы показались.
– Этот род проклят! Его давно пора уничтожить! Мы с сестрой последние в роду! Я выдал бы ее сегодня замуж, и род прервался бы!
Э… О… У… И прочие гласные… Что-то у него не сходится.
– А сами? – уточнила я.
– Война с троллями. Оттуда никто живым не возвращался.
Ах, вот оно что. Род ему чем-то не угодил, и он решил сегодня покончить со всем. Покончил, угу. Аж три раза. Ну теперь хоть понятно, почему он так психовал, когда я стала его женой. Впрочем, психует он как раз по любому поводу.
– И что теперь?
В ответ – ругательства, причем на непонятном языке.
– Скоро род начнет возрождаться, разными путями!
– А в библиотеку мне можно? Я все еще хочу понять, способна ли я читать на вашем языке.
Арнольд посмотрел на меня, как на умалишенную. Мол, женщина, тут ненавистный род возрождается, а тут со своей библиотекой пристала.
– Делай, что хочешь, – поднялся и вышел из гостиной, разве что дверью не хлопнул.
Какой вежливый, а. Снова меня, свою супругу, одну оставил. Ну ладно, я и сама сейчас вернусь в библиотеку, благо дорогу помню.
Я встала из кресла и вышла из комнаты.
В библиотеке оказались Лида, Ирис и тот мужик, ее жених, то ли бывший, то ли нынешний. Он отвел Ирис к дальнему окну и, судя по жестам, что-то ей втолковывал. Она стояла, как мученица перед эшафотом, и молчала.