На самом деле, она была очень симпатичной — большие карие глаза на круглом личике, курносый носик, милая улыбка, пышные волосы до плеч (цвет всегда менялся, прическа — никогда). Но пять лет долбежки, убили ее самооценку до нуля, и тема отношений была закрыта навсегда. А тут, этот маленький, по ее мнению, мужчина, как-то сумел тронуть сердце, и захотелось выглядеть лучше.
После обеда благодарный мастер поменял прокладку в кране на кухне, поправил провисшую дверку, поменял лампочку в люстре — словом, сделал все, на что упал глаз. Галка сидела рядом, они травили анекдоты — он про сантехников, она про программистов.
Расстались они как старые знакомые, Михаил пожал ей руку, смущаясь и слегка задержав ее руку в своей, проговорил:
— Всегда готов явиться по первому же зову, так что не стесняйся, зови!
— Хорошо, как только ты понадобишься, я скажу волшебное слово, ну например, «ёкарный бабай», и ты придешь на помощь! — Девушке было неловко, потому что парень ей понравился, а следующая встреча как-то не намечалась.
— Зуб даю! — Отдал честь мужчина.
Оба засмеялись, Михаил ушел, и Галина, закрыв дверь, пошла мыть посуду, еще надо сходить к соседям, оценить ущерб.
Спускалась по лестнице вприпрыжку, и в дверь позвонила с улыбкой на губах. Дверь открыла Маринка, нарядная и чуть хмельная.
— Не, ну вы гляньте на нее! Затопила нас опять, и цветет и пахнет! Ты чего лыбишься, горюшко мое? — Всплеснув руками, зашумела соседка.
Галка торопливо сделала грустную мину, и зашла в квартиру. У Егора с Маринкой и правда были гости — в гостиной накрыт стол, а по квартире носятся дети, рожицы вроде не знакомые.
Ущерб оказался не таким значительным, плитка не отвалилась, и, если бы не идеи Егора, повсюду сделавшего подсветку из цветных светодиодов — на стенах, на полу, был бы даже минимальным — просушить и все. Но светодиоды, естественно, перегорели, а замена могла потребовать снятия плитки. Хозяева уже пережили первый шок, но прощать соседку не собирались, да и какие там уступки? Факт ущерба налицо. Подвыпившие гости — крупный мужик свирепого вида и его жена, предлагали присоединится к застолью, причем видно было, что мужик заинтересованно, а жена нехотя. Видно, тот еще ходок дружок у Егора, отметила девушка, и отказалась от приглашения. Ее немного поуговаривали, но, когда она вышла в прихожую, уже забыли о соседке, и громко смеялись своим шуткам. Расстроенная Галка пошла домой, осмотрела свои владения, где сидеть одной вовсе не хотелось.
Походив по квартире туда-сюда, быстро собралась и поехала к подруге, по дороге заскочив в магазин. Под бутылочку красного вина, они подробно обсудили события дня, подруга Верка, хохотушка и фантазерка, развивала мысль об обещанном появлении на зов «мужа на час»:
— Например, пришла из магазина, сумки тяжелые, а идти на третий этаж, нет-нет, — сама себя перебила Вера, — лучше еще так, тоскливо тебе одной спать, ты раз — «там-табу-дам», и он рядом с тобой, а ты, такая — милый, поправь одеялко!
— Отстань, пошлячка! Он по-хорошему, предложил свою помощь!
— А это разве не помощь одинокой женщине? Замерзающей без любви, без ласки.
— Ты знаешь, у него такая задорная улыбка, он прям весь меняется, так и тянет засмеяться. — Неожиданно для себя поделилась Галка. А все красненькое!
— У, кажется, кто-то запал на этого «мужа на час»! — Верка аж прищурилась от радости.
— Ой, не надо, а? Сама каждую неделю в новых влюбляшках.
Верка — журналистка на вольных хлебах, сотрудничавшая с несколькими газетами и телеканалом, мелкая термоядерная рыжая вредина. Волосы у нее того светло-рыжего цвета, который еще не стал огненным, но уже далеко ушел от русого, вьются спиральками, и не лежат ни в одной прическе. Брови и ресницы тоже светло-рыжие, на белой коже с веснушками, скрывают красоту зеленых глаз. Но стоит ей подкрасить ресницы и брови, как глаза приобретают глубину и зелень. Однако, живая и непосредственная Верка считает себя достаточно красивой, и прибегает к макияжу только по особо торжественным случаям. Ее мнение передается мужчинам, и у нее всегда масса кавалеров, но она увы, непостоянна.
Разошлись уже к полуночи, Галка, приехав домой, проверила свою проблемную трубу, все было в порядке, она быстро сполоснулась под душем и упала спать. Однако заснуть долго не могла, постель была жаркой, в комнате душно, она то открывала окно, то пила холодную воду. Но стоило закрыть глаза, как в темноте снова возникала улыбка Миши, и в груди как будто пели колокольчики.
Михаилу тоже понравилась новая знакомая — задорный блеск шоколадных глаз, тонкие лодыжки и легкая походка, ловкие движения рук — никаких лишних жестов, простота общения, тихий смех. Впервые он так легко чувствовал себя рядом с малознакомой девушкой.
Глава 2