Она прикоснулась кончиками пальцев к своим вискам, как будто пытаясь унять разыгравшуюся головную боль.
— Вы ведь меня совсем не знаете! И у вас нет ни малейшего морального права делать предположения на мой счет!
— Я стольких женщин вроде вас повидал…
Ее лицо исказилось гримасой ненависти. Она подняла руку и занесла для удара, но он опередил ее, прежде чем она коснулась его лица. Ее ладонь оказалась зажатой в его кулаке. Глория злобно прошипела:
— Не знаю уж, каких вы женщин повидали, мне это совершенно безразлично. Отпустите меня сейчас же!
— Что бы вы меня все же ударили? Нет уж, дудки! Не считайте меня дураком.
Она вперила в него взор, и ее яростно сверкающие глаза недвусмысленно утверждали: я считаю тебя не только дураком, но и непереносимым нахалом.
Прошептав про себя проклятие, Кристофер отпустил ее руку.
Оказавшись на свободе, Глория сделала несколько шагов назад.
— Вы зря так настроены против дураков, крошка! Имейте в виду, что ни один человек, у которого есть хоть доля разума в голове, не согласится на вашу дурацкую затею.
— Тогда вы уж точно подходите для этого дела! — прокричала она, пытаясь скрыть слезы.
— Так за кем становится в очередь?
Этот идиотский вопрос вылетел у него помимо его же воли. Ошарашенное выражение ее лица вполне дополняло ощущение шока, который он сам испытал от своих собственных слов. Глория с минуту недоверчиво смотрела на Кристофера, открыв рот, словно не веря своим ушам.
Кристофер провел руками по волосам и сосчитал до десяти, чтобы не сорваться.
— По вашему мнению, я просто идиот, так что вполне могу присоединиться к стаду ваших предполагаемых женихов.
Выражение ее лица сменилось несколько раз — от полного ошеломления до ядовитого презрения.
— Чтобы войти в число претендентов, вам необходимо не только обладать определенным статусом, иметь образование, лучше высшее, но и желательно предоставить рекомендательные письма.
Она облизнула губы, как утопающий, который хватается за соломинку, стремясь уговорить этого нахала отказаться от своей затеи.
— И еще вы должны уметь общаться с преуспевающими деловыми людьми, у которых есть деньги, положение в обществе и власть.
Он воздел глаза к небесам, полагая, что нет необходимости выражать свое презрение словами.
— Мне совершенно все равно, что вы думаете по этому поводу! Все мужчины, которые приезжали к нам в эти дни, — разумные уравновешенные люди, которые не могут не понять, что два умных современных человека с одинаковыми взглядами на мир и схожими жизненными целями могут составить хорошую партию!
— Чушь!
Их глаза, казалось, метали молнии, которые должны были пронизать противника.
— Я никоим образом не надеюсь, что это доступно вашему пониманию. Не думаю, что вы так давно с ветки спустились.
— Вы назвали меня обезьяной?
Она растерянно заморгала, и он понял, что, видимо, в ее привычку не входило оскорблять людей, но сейчас ее просто понесло.
— Простите… — прошептала Глория, отвела взгляд и посмотрела на море. — Я просто хочу, чтобы вы оставили меня в покое. И обезьяна могла бы понять это.
Она была такой сконфуженной, что ему захотелось пожалеть ее, но он не поддался этому чувству. Она не заслужила никакого сочувствия.
— Сделайте милость, просветите мою серость. Сколько же разумных обладателей высшего образования, рекомендательных писем и нобелевской премии в придачу претендуют на вашу руку на данный момент?
Она бросила на него негодующий взгляд.
— Мои критерии отбора очень высоки.
По тому, как она повыше задрала свой прелестный носик, он мог безошибочно утверждать, что сегодня ей пришлось побывать в отвергнутых. Он отошел немного и смерил ее взглядом.
— М-да… — пробормотал он затем.
— И что это должно означать?
— У мужчин тоже свои критерии отбора, должен вам заметить.
Растерянность в ее глазах показала ему, что он наступил на больное место.
— Что вы имеете в виду?
— Да вы на себя посмотрите! Хоть я и не являюсь потомственным аристократом с родовым замком, как другие ваши кандидаты в мужья, но уж я-то точно знаю, что нужно мужчинам.
Он посмотрел на нее в упор, прежде чем добить ее.
— И им вовсе не нужна чопорная неприветливая старая дева!
— Я — чопорная? Я — неприветливая? Да как вы смеете!
Про себя он усмехнулся, заметив, что она не стала оспаривать его последнее утверждение, видимо, здесь он попал в яблочко.
— Вы сами не понимаете, что мелете!
— Зря вы меня не слушаете, мисс. Когда вам нужна помощь специалиста, я всегда в вашем распоряжении.
— Ха, ха, ха! Вы хотите сказать, что вы большой специалист по женщинам? Но меня вовсе не интересуют мужчины вашего типа.
Его всезнающая улыбка взбесила Глорию еще больше.
— Крошка, когда дело касается женщин, то все мужчины относятся к одному единственному типу!
Она прошла мимо него, высоко задрав нос и делая вид, что не слышала его последнего замечания. Он нагнал ее и одним движением выхватил шпильки из ее прически. Тугой узел волос стал разворачиваться и падать вниз.
Она ахнула и схватилась за голову.
— Потрясите головой… — попросил он.