Наступил день, когда граф Риоль, собрав всю свою огромную армию и подтянув осадные машины, пошел на штурм Карэ. Тогда Тристан и Каэрдин вывели свое войско за ворота замка, чтобы встретиться с врагом в открытую. Тристан пустил своего коня прямо навстречу графу Риолю. Они схватились один на один, их мечи скрестились. Бой продолжался до тех пор, пока меч Тристана не рассек шлем Риоля; предатель стал умолять рыцаря его пощадить. Риоль сдался на милость победителя и отвел от стен замка свою армию. Затем он приехал в Карэ просить у короля Гоэля прощения и поклялся ему в вечной преданности.
Теперь, когда все беды остались позади, Каэрдин пришел к отцу и сказал ему:
И Тристан ответил: «Я принимаю ее, сеньор». Тристан на какое-то время забыл о своей печали и снова ожил. Он полюбил Белорукую Изольду за ее доброту и красоту. Он полюбил своего брата Каэрдина. Впереди его ждали славные подвиги, и теперь у него был король, которому он хотел служить. Поэтому он ответил: «Я принимаю ее, сеньор».
Рыцарь Тристан женился на Белорукой Изольде, британской принцессе, перед алтарем по закону святой церкви. Изольда была счастлива. Сердце Каэрдина было переполнено радостью. Все население Карэ ликовало.
Ночью, когда слуга помог ему раздеться, перстень из зеленой яшмы соскочил с пальца Тристана и, зазвенев, ударился о каменные плиты. Для Тристана этот звон превратился в колокольный звон судьбы. Он посмотрел на кольцо и словно очнулся. Ему вспомнилась Прекрасная Изольда в далеком Корнуэльсе. В один момент все обратилось вспять, им снова овладела тоска.
«Да, сердце мне говорит, что я поступил дурно. В лесу ты дала мне этот перстень, когда страшно страдала из-за меня. Как же я посмел обвинить тебя в предательстве! Прекрасная Изольда, только что я предал тебя! Я взял в жены другую женщину. И теперь мне очень жаль жену, ибо она доверчива и простодушна. Видно, не в добрый час повстречались мне две Изольды. И у обеих я лишился доверия!»
В супружеской постели Тристан был равнодушен и холоден, как камень; он так и не смог заставить себя прикоснуться к жене. Наконец она спросила его: