Рабства поблизости больше не существовало. Чернокожие строители объявили о создании Страны Свободного Строительства (ССС). Это когда каждый строит, что хочет, где хочет, и когда ему не лень. Надсмотрщиков, кажется, прогнали неизвестно куда. Это, конечно, хорошо - слишком у них были длинные плети.
Наш освободитель-герой был теперь объявлен каким-то идолом или богом этих строителей. Но править ими отказался. Сказал, что не умеет. И строить ничего не любит. Потом он, кажется, скрылся ото всех. И Пума с ним.
- А где они? - спросил я.
- Может, решили вернуться к нам? - пожал плечами Джон.
И еще что-то добавил. А мне даже переспрашивать было неохота. Зачем? Я спать хотел.
Прошло два или три пустых дня. Все провели их в растерянности, кроме меня. Я их провел во сне. Во сне никакой растерянности не было, наоборот, там все было прекрасно.
Уж лучше спать. Какое облегчение - знать, что ты не виноват в своем безделье! Я не принимал почти никакого участия во всех этих бессмысленных посиделках в моей комнате, которые устраивал Джон в поисках спасения для нашего Левки.
А мне уже стало казаться - не знаю, с какого именно момента, с какого сна - что Левке сейчас лучше, чем нам. Поэтому, когда меня будили, я огрызался... Зачем меня будить? Глупость какая...
Я понял, почему так хорошо сейчас. Потому что когда я был здоровый, у меня не было права сказать, что все вокруг глупость. Может, и сейчас права нет - зато мне позволены слабости. И я говорю - вот, пожалуйста
- Глупость какая!
Однажды разбудили, считались, кому лезть в Коридор:
Кот летел на ераплане,
Приземлился на поляне.
Не успел он улететь
Прибежали все смотреть.
Прибежали, кто не надо,
И смеялись до упаду.
Раз, два, три, четыре, пять
Не пора ли улетать?
Я прислушался - они стали спорить, и, кажется, все время боялись разбудить меня. Они спорили, где найти Бесконечный Коридор. Вернее, вход в него. Ну, это их дело, хотя глупость - Левка уже, наверно, далеко. И вход он не искал, а залез под кровать.
Кажется, Джон сказал:
- Надо все-таки спросить Говорящий Компас. Он все направления знает.
- А я не пойду к Компасу, - сказала Катька. - Из принципа. Потому что это глупость. Как и все ваши слова. (Молодец, Катька! Сама догадалась, без сонной воды!)
- А что ты предлагаешь? - спросил Джон.
- Подождем, пока колокольчик зазвонит... Мой.
(Нет, Катька, ты не молодец... Дайте же, наконец, поспать!)
- Осторожно, Рик сейчас проснется... - глупо сказала Пенка.
- Пересчитываемся, кто идет к Компасу, - сказала Челка. - Только быстрее.
Опять считалка, но я уже не знаю, чем она закончится...
Скука какая...
Как же все-таки хорошо, когда спишь, и ты ни в чем не виноват!
К Говорящему Компасу вела узкая тропинка. Никто почти к нему не ходил за советом. Этот прибор был болтлив и немножко коварен. Ему было известно много миллионов возможных направлений, они так и вились вокруг. Если кто-то оступался или просто подходил близко, то начинал болтать совсем не о том. Он попадал на ложное направление, которых было во много раз больше, чем истиных. Тогда Компас тоже мог случайно (а может, как бы случайно?) запутаться и указать совсем ненужную дорогу.
Какой-то умник уже исписал столбик с компасом незамысловатыми предостережениями:
"Бди!"
"Не болтай!"
"Язык твой - враг твой!"
"Язык мой - тоже враг твой!"
и еще:
"На Берлин!"
- Это, значит, вон туда, - показал Джон. - Наверно, главное Направление...
- Нам бы только не заговариваться, - сказала Челка. - Знаешь, если он нам будет врать, я его... Ладно, давай. От цели не отвлекайся.
- Привет, Компас! - сказал Джон прибору. - Еще работаешь?
- Привет, Джон, - "сказал" Компас. - Работаю. Жизнь заставляет.
- Эй, а разве у тебя жизнь? - удивился Джон. - Ты же прибор.
- Ну, конечно, не жизнь. Но "жизнь". Но еще неизвестно, что лучше.
- Тебе не может быть ничего известно.
- Да, мне может быть только "известно".
- А откуда, интересно, тебе все "известно"? - язвительно спросил Джон. - Вот я, например, все знаю, потому что...
Бац! Запахло озоном.
- Следующая молния - в тебя, Компас, - предупредила Челка. - А ты, Джон, чего ты как теленок? Ты попал на совершенно ненужный нам след... то есть, путь. След пути... Вот, все сказала. Спрашивай.
- Где вход в Бесконечный Коридор? - спросил Джон.
- Наверно, там же, где и сам коридор? - "возмутился" Компас. Покажите направление.
- Это я должен был сказать! - перебил его Джон. - Не притворяйся. Покажи направление. Где Невидимая Дверь?
- А! - "обрадовался" Компас. - Она... вон там. И там.
- Челка, запоминай... Их две двери?
- Конечно! Вход и выход.
- Нам надо вход.
- Иди вон туда тогда, - "сказал" Компас. - Но это долго... Дойдешь до озера. На другом берегу Невидимая Дверь. - Он "зевнул". - Но озеро никто никогда не пересекал...
- "Врешь" ты, Компас, - сказал Джон. - Все пересекали. Это, правда, одно и тоже - все или никто... Но это диалектика. А диалектика, как известно...
Челка встала рядом.
- Не заговаривайся, - шепнула она. - Помни цель. И, вообще, это не диалектика, а Теория Относительности...
Кажется, она тоже стала заговариваться.