- От всех этих гребаных извращенцев, насильников и убийц.
- Но я не…
- Вы
- Даже в горах небезопасно, - добавила Сьюзи.
- Вы в безопасности! - выпалил я. - Я вообще никто! Я просто отдыхаю на природе! Вы пришли туда, где
- Иди и принеси веревку, - сказала Глория.
Сьюзи пошла за ней, ее шаги хрустели под сосновыми иголками.
- Что ты собираешься делать? - cпросил я. - А ты не можешь просто отпустить меня?
- Ты снова можешь подкрасться к нам?
- Я
Сьюзи вернулась и остановилась рядом со мной.
- И что теперь?
- Свяжи ему руки за спиной.
Сьюзи оседлала меня и связала мне руки. После этого Глория приказала мне встать. Сьюзи стояла позади меня, держа веревку.
Они поставили меня под дерево. Потом Сьюзи перебросила веревку через ветку в нескольких футах над моей головой. Она поймала конец, потянула, поднимая мои связанные руки за спину и заставляя встать на цыпочки.
- Не так высоко, - сказала Глория.
Они сделали это так, чтобы я мог стоять, не вырывая рук из суставов. Потом Сьюзи привязала веревку к стволу.
- Это безумие, - сказал я.
Сьюзи ухмыльнулась.
- Что же нам теперь делать, отпустить тебя?
- Да!
- Ты должен радоваться, что мы разумные, цивилизованные люди, - сказала Глория. - Если бы мы действительно хотели играть по-умному, то вывели бы тебя из строя.
- Вы и так вывели меня из строя!
- Ты
- Считай, что тебе повезло, - добавила Сьюзи.
Они оставили меня и начали свертывать лагерь.
- Что вы делаете? - cпросил я.
- Убираемся отсюда, - сказала Глория.
- Прямо сейчас?
- Как только сможем.
- Но уже почти стемнело.
- Мы не собираемся здесь ночевать, это уж точно.
- Но почему? Из-за меня?
- А
- Вам не обязательно уходить.
- Черта с два.
- А как же я?
- Ты останешься там, где стоишь, - сказала Глория.
- Связанный?
- Ты понял, - сказала Сьюзи.
- Все будет хорошо, - заверила меня Глория. - Я уверена, что рано или поздно ты освободишься. Когда ты это сделаешь, не иди за нами.
- Или ты пожалеешь об этом, - сказала Сьюзи.
- На этот раз тебе повезло.
Минут через пятнадцать они взвалили на плечи рюкзаки и зашагали прочь.
Я с облегчением смотрел, как они уходят.
Все могло быть гораздо хуже. Они держали меня в своей власти. Они могли сделать со мной все что угодно – избить, пытать, убить. По-видимому, мне повезло, что я охотился за парой девчонок, испытывающих угрызения совести по поводу таких вещей. Они даже не записали мое имя, не говоря уже о том, чтобы заполучить мои водительские права.
(Я знал, что мои права были в безопасности, потому что я видел, как они шли прямо к тропе и направлялись на север. Они и близко не подходили к тому месту, где я спрятал свое снаряжение.)
Не зная, кто я такой, они ничего не смогут со мной сделать. Не смогут на меня донести, привлечь к ответственности или еще что-нибудь!
Мне повезло, все в порядке. Ничего особенного за то, что меня поймали, кроме испуга, испачканных штанов, падения с валуна и привязывания меня к дереву.
Могло быть намного хуже.
На самом деле к закату стало еще хуже. Вот тогда-то и появились комары. Со связанными за спиной руками я ничего не мог с ними поделать. Они залетели под мою расстегнутую куртку. Они сидели на моем лице и шее и попали в уши.
Но от комаров я так обезумел, что, в конце концов, освободился. Я занимался этой проблемой с того момента, как девушки ушли. Однако я старался не напрягаться, поворачивая запястья, иногда дергая, выкручивая еще немного, постепенно снимая напряжение с веревки. Я делал успехи, не причиняя себе вреда.
Комары жужжали вокруг меня, садясь на каждый открытый кусочек кожи, высасывая мою кровь, вызывая зуд во всем теле, я сошел с ума и вырвал руки из веревки. Содрал несколько слоев кожи, но мне было все равно.
Освободив руки, я бил проклятых комаров, пока бежал на полной скорости к озеру. Я задержался, чтобы раздеться, потом бросился в воду и нырнул.
Огромное, успокаивающее облегчение от укусов комаров ледяная вода - одно из величайших удовольствий в жизни.
Я долго оставался в озере. Когда я выбрался наружу, уже стемнело. Темно и очень ветрено. Пока я одевался, комары меня не нашли.
Вернувшись в укромное место, где я оставил свой рюкзак, я достал тюбик с мазью. Снова разделся, нашел все комариные укусы и смазал их. Во всяком случае, те, до которых мог дотянуться. У меня волдыри по всему телу. До сих пор.
Так или иначе, мазь немного помогла, но не сильно.
Я забрался в спальный мешок, чувствуя зуд, жар и тоску. Вместо того, чтобы считать до ста, я пересчитал свои комариные укусы. Я попытался выяснить, какие из них были самыми зудящими. Оказалось, укусы на лбу и на тыльной стороне пальцев.
Наконец я заснул.