- Нет, спасибо, - сказала я поспешно, будто испугавшись. – Смотри, - я указала пальцем на дисплей часов, светящихся в машине. – Уже раннее утро. Если ты подвезешь меня до общежития, то я смогу подождать под окнами его открытия.
- И во сколько оно откроется? – скептично посмотрел на меня парень.
- В семь.
- Но сейчас только пять тридцать. Будешь сидеть там одна полтора часа?
Я, представив эту перспективу, медленно и неохотно кивнула.
- Тогда если с тобой что-то произойдет, и ты не сможешь себе ничем помочь, мне перед твоей матерью придется отчитываться и об этом? Тебе настолько не хочется, чтобы я женился на твоей сестре?
Я постаралась внутренне понять, что на самом деле думаю по поводу этой свадьбы, но не смогла дать однозначного ответа даже себе самой.
- Я не хочу доставлять тебе еще больше неудобств, - пролепетала я, словно маленькая девочка.
- А я не хочу, чтобы по моей вине с тобой еще что-нибудь произошло, - ответил он, заводя мотор и выезжая с парковки.
- Спасибо, что не бросил, - говорила я позже, держа в руках обжигающий кофе с карамельным вкусом.
Мы находились в самой близкой к моему общежитию кофейне Стаса, и он сам приготовил для меня мой любимый латте. Совершенно бесплатно, как мы и договаривались.
- Мы же почти родственники, - хмыкнул он, поднося к столику разнос и опуская его передо мной. На нем лежали несколько круассанов и сэндвичи.
- Ну да, - отозвалась я с робкой улыбкой. – Кстати, давно хотела спросить. Почему ты решил открыть именно кофейню? В нашем городе не так популярен этот напиток. Почему не бар или полноценное кафе?
- А кофейня для тебя, значит, не полноценная? – спросил Стас, усаживаясь напротив меня.
- Ты понял, о чем я.
- Понял, понял, - кивнул он. – Просто у меня была интересная история жизни, которой я, быть может, когда-нибудь поделюсь с тобой. И волей судьбы, чтобы заработать себе на подобный сэндвич, - он коротко кивнул на стол, - мне приходилось работать в отвратительной сети кофеен с самым ужасным кофе во вселенной.
- А ты знаток кофе? – усмехнулась я, отхлебывая свой латте и понимая, что только человек, любящий свое дело, может создавать такие шедевры.
- В своей жизни я пил много качественных напитков. Мне есть с чем сравнивать, - глаза Стаса блеснули изумрудным блеском. – Так вот я работал бариста и каждый божий день выслушивал жалобы в свой адрес. То я был криворуким, то неправильно заправлял кофемашину, то использовал не те сливки. Но я же не мог каждому в лоб говорить, что наш ленивый скряга-хозяин не хочет разобраться во всех тонкостях и закупить нормальное сырье. Нет, он предпочитал купить абы что подешевле и заставить всех работать за гроши. Ясное дело, что выходила полнейшая дрянь. Но я, как ни старался, не мог сделать из нее ничего стоящего. Грязь даже в умелых руках, приобретая красивую оболочку, остается грязью.
Рассуждения этого парня о своем деле мне нравились. Если в тот раз три года назад в большей степени я видела в нем взрослого ребенка, который окончил университет и не знает, куда податься со своим троечным аттестатом, предпочитая этому тусовки. То теперь передо мной сидел успешный бизнесмен, сумевший сколотить состояние на своей страсти к качественным напиткам.
- Я хотел показать людям, что такое настоящий кофе. Ты же не думаешь, что жители нашего города не любят его и не ходят в кофейни только потому, что категорически против него? – Стас откусил большой кусок сэндвича и обвел глазами помещение. – Они просто не знали вкуса настоящего эспрессо, латте, американо. Им приходилось пить гадкие аналоги, а я показал то, чего они заслужили. А еще сделал для них хорошую локацию для фото в соцсетях. Скажи, что здесь круто.
Я усмехнулась.
- Да, круто, - согласилась, глядя на горящие глаза парня из-за своей почти уже пустой чашки.
Завтрак стал для меня самым приятным воспоминанием за этот день. Вплоть до самого открытия моей общаги, мы просидели вот так со Стасом в кофейне, обсуждая все подряд от интересных заведений нашего города до нового, вышедшего в кинотеатре, фильма, который, как оказалось, мы оба ждали. Кира же в свою очередь как всегда заявляла, что все это какая-то бессмыслица, и она ни за что на свете на нее не пойдет.
Я все больше не понимала, что свело этих двоих вместе. Чем больше говорил Стас, тем больше я убеждалась, что он не пара для моей сестры. Они настолько же разные, как и мы с ней. Они любят абсолютно разные вещи. В детстве предпочитали совершенно противоположные компании, хотя уверена, что ему она навешала лапшу о том, что была примерной девочкой и презирала неформалов. Я бы даже не удивилась, если бы свои подвиги она благополучно списала на меня.
И все равно они оставались вместе и до сих пор хотели пожениться. Я пыталась понять их, но как ни старалась, не могла этого сделать.
- А та девушка, - произнесла я уже перед тем, как мы собирались уходить, и я стояла, держась за стеночку у двери, глядя как Стас выключает все приборы, - та, о которой ты говорил мне три года назад. Она не приходила к тебе? Ей должно быть известно, кем ты стал за такое короткое время.