Читаем Начало конца полностью

— Не боится краденую кожу в кооперативе держать?— удивлённо спросил Витала.

— Неа, не боится. Он говорил, что менты не имеют права его проверять, даже заходить не могут. Постановление какое-то было от горбатого или чё-то в этом роде. Я эту кожу сам видел, ещё когда он ремонт там делал. Он же меня на работу звал, показывал всё. Я ж тебе говорил.

— Значит, менты, говоришь, не заходят туда. Так-так так, — задумчиво протянул Витала и возбуждённо потёр руки. — Ладно. Как раз завтра им и займёмся.

— Только это без меня надо, Виталя, — напомнил Валёк извиняющимся тоном.

— Ну само собой, — ответил Витала и, вспомнив про Родю, улыбнулся и сказал: — Есть у меня надёжный человек.

Утром, придя на автовокзал, Витала увидел уже находившегося там Валька. Он о чём-то разговаривал с Хромым, стоя возле бокового окошка касс и рассматривая людей в очереди.

— Ты смотри, сразу втянулся, — сказал Витала идущим рядом с ним Лёсу, Кравцу и Дону. — А говорит, деньги не нужны.

— А чё ему нужно? — спросил Лёс.

— А-а, — махнул рукой Витала. — Понтуется просто. Кому щас деньги не нужны? Ну ладно, он один х...й нужен. Такие люди на дороге не валяются.

Заметив их, Хромой с Вальком сразу подошли к ним. У Хромого синяк под глазом был замазан толстым слоем пудры.

— Тебя мать не гоняет за пудру? — весело спросил Витала, здороваясь с ними.

— Да я у тёлки своей взял замазать, — ответил Хромой и тут же стал объяснять обстановку, кивнув на людей в очереди. — Тут нормальных нет никого. Кресты приезжают на автобусах и сразу сваливают. Мы за одними хотели пройти, но они нас увидели и бегом ломанулись в институт.

— В пед, что ли? — зачем-то спросил Витала, хотя возле автовокзала были здания только пединститута. — Так их и не надо трогать. Они ж в моей общаге все живут.

— О, смотри, Витька, как уделали, — показал Кравец на приближающихся к ним Лиса, Клопа и Витька.

У Витька уже были наложены шины, и выглядел он очень смешно.

— Ну а ты чё приперся, Витёк? — укоризненно спросил Витала. — Иди домой, там отлёживайся пока. Челюсть, это не шутки. Мало ли чё здесь ещё может произойти. Так что давай домой, бульончики, х...ёнчики... Лечись, короче. Если у нас дела какие будут, Лис тебе подкинет лэвэшек.

Витёк, не успев поздороваться со всеми, тут же начал прощаться. Лис с Клопом пошли его проводить до остановки, а с другой стороны уже шли Гера, Филипп и Гусь. Витала уже и забыл, что вчера выпендривался перед Вальком и зачем-то назначил всем на утро явиться на автовокзал. Теперь он соображал, чем бы всех занять, ведь сейчас ещё подойдут пацаны.

— Пойдём пока курнём, — сказал Витала, не придумав ничего умнее. Он сам собирался с Вальком поехать осмотреть местность и обстановку возле его дома. Но теперь надо было чем-то объяснить, зачем он заставил прийти всех так рано. Но он думал, что пока будут втаривать и курить, найдёт какое-нибудь решение.

Не успели они подойти к курилке, как их догнали тоже рановато шедшие на «погреб» Цвет, Витяй и ещё несколько погребных. Поздоровавшись со всеми они весело обратились к Витале.

— Говорят, ты где-то Инну эту нахватил? — с улыбкой сказал Витяй:

— Давай вместе её пое...ём, Витала, — дружески положив ему руку на плечо тут же подхватил Цвет. — Знаешь, как чётко её вдвоём е...ать?

Витала посмотрел на Геру. Только он мог рассказать погребным об Инне, и злость на него проснулась с новой силой.

— Ну-у, — поддакивал со смехом Серёга. — Как мы её тогда чётко потрахали. Да, Гера?

— Давай ещё раз её по кругу пустим? К Гере на хату приведём...

— Щас, бл...дь! В другое место лучше! — запротестовал Гера. — На меня и так бабка орёт, зае...ала, все крема её, все вазелины истратили...

Все вокруг дружно засмеялись, даже те, кто не видел этих девчонок ни разу.

— Ну хули сделаешь, Гера? Не натирать же мозоли, — со смехом сказал Цвет и повернулся к Витале: — А подружка её не знаешь где?

— Да-да, Цвету больше подружка понравилась, — рассмеялся Витяй. — Он её е...ёт, а я его тапочком по жопе...

— Да мы с тобой ещё поквитаемся за это, я тебе вообще сапогом уе...у, когда ты её е...ать будешь, — огрызнулся Цвет, вспомнив этот смешной, но неприятный для себя случай и обратился к Витале: — Так чё, не знаешь, где эта подружка её? Где они вообще живут?

— Да я и она сама где не знаю, не то что её подружка, — пожал плечами Витала, делая вид, что это ему безразлично.

— Да не гони, — не поверил Цвет. — А где ты Инну эту выхватил?

— Да по дороге просто шла возле общаги, я её и поймал, — просто ответил Витала и предупреждая все остальные вопросы по этому поводу сразу сказал: — Цвет, мне больше как будто делать не х...й, как за шлюхами этими бегать, узнавать, где они живут. Своих дел по горло. Надо вон пи...дануть ещё кое-кого, — он кивнул на некоторых пацанов, на лицах которых были синяки. — Вот кого выхватывать надо, а не баб.

— О, ни х...я, — только сейчас заметил раненых Цвет. — ' Ну если поймаете, нас сразу зовите, поможем, — заверил Цвет.

— Позовём, если успеем, — ответил Витала, обрадовавшись, что разговор вроде бы ушёл в сторону от Инны.— Курнёте с нами?

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 мифов о Берии. Вдохновитель репрессий или талантливый организатор? 1917-1941
100 мифов о Берии. Вдохновитель репрессий или талантливый организатор? 1917-1941

Само имя — БЕРИЯ — до сих пор воспринимается в общественном сознании России как особый символ-синоним жестокого, кровавого монстра, только и способного что на самые злодейские преступления. Все убеждены в том, что это был только кровавый палач и злобный интриган, нанесший колоссальный ущерб СССР. Но так ли это? Насколько обоснованна такая, фактически монопольно господствующая в общественном сознании точка зрения? Как сложился столь негативный образ человека, который всю свою сознательную жизнь посвятил созданию и укреплению СССР, результатами деятельности которого Россия пользуется до сих пор?Ответы на эти и многие другие вопросы, связанные с жизнью и деятельностью Лаврентия Павловича Берии, читатели найдут в состоящем из двух книг новом проекте известного историка Арсена Мартиросяна — «100 мифов о Берии».В первой книге охватывается период жизни и деятельности Л.П. Берии с 1917 по 1941 год, во второй книге «От славы к проклятиям» — с 22 июня 1941 года по 26 июня 1953 года.

Арсен Беникович Мартиросян

Биографии и Мемуары / Политика / Образование и наука / Документальное