- А я тебе, вот, горяченького принес, каша называется. Ка-ша.
- Ка-ша, - послушно повторил Лемир.
На этот раз в принесенном Ленькой котелке вместо привычного бульона лежала сероватая масса, абсолютно несъедобная на вид. Да и воняла она чем-то горелым, зато была горячей. Лемир сразу ощутил, как он продрог на открытом воздухе, несмотря на почти полное отсутствие ветра. Ленька вручил штурману привычную деревянную ложку. Взяв столовый прибор, Лемир с сомнением поковырял содержимое котелка.
- Ешь, ешь, - заметив сомнения подопечного, подбодрил его юный партизан, - совсем немного подгорела.
Штурман осторожно взял в рот часть массы с краешка ложки. Пресная и совсем невкусная, но все-таки пища, в его положении выбирать не приходилось. Ослабленному организму для восстановления утраченных сил была важна каждая килокалория энергии. Подвигав челюстью, Лемир проглотил "каша" и запустил ложку в котелок за следующей порцией. Мяса в этой массе вкусовые рецепторы не обнаружили, тем не менее, когда с днища были вычищены все остатки, в животе растекалась теплая, приятная сытость.
- Справился? Вот и молодец. Пойдем обратно в землянку.
Лемир догадался, что именно от него хотят, и хоть уходить со свежего воздуха в вонючее подземелье желания не было, он послушно попробовал встать. Подняться с деревянного чурбака Ленька помог, но в землянку штурман спустился сам и до своего места на нарах добрался самостоятельно. Устроив подопечного, юный партизан подхватил пустой котелок и метнулся к выходу.
- Сейчас я тебе кипяточку принесу.
Однако прежде, чем идти за кипятком, Ленька заглянул к Егору Брониславовичу. Тот сидел возле командирской земляки, чинил порвавшийся ватник.
- Товарищ командир, Лемир сам ходить начал!
Бывший колхозный председатель, не торопясь, аккуратно сделал последний стежок, желтыми прокуренными зубами откусил нитку, после чего спрятал иголку за козырек своего треуха и только после этого обратил свое командирское внимание на радостного Леньку.
- Ну начал и начал, чего на все болото орать?
Егора Брониславовича сейчас занимали другие заботы - из трех ушедших на задания групп ни одна еще не вернулась, и вестей об их судьбе никаких не было. И послать по их следам было некого. Еще сутки, и придется самому идти. А с кем? Выходит все с тем же Ленькой.
- Ладно, пристрой его к Карпычу в помощники, хоть какая польза будет.
Карпыч - старинный друг-приятель бывшего председателя новеселковского колхоза ни в каких партиях отродясь не состоял, вел жизнь тихого середнячка. Дали землю - хорошо, в колхоз записали - тоже ладно, война началась - плохо. Буквально перед самой войной он ухитрился всерьез разругаться с обоими Щербаковичами из-за самовольно перенесенной теми межи. Друг председатель помог восстановить справедливость, но братья считали по иному, а потому затаили смертельную обиду. К тому в мае сорок первого в Новоселках появился младший сынок Карпыча. И не просто появился, а в новенькой форме лейтенанта-танкиста с кобурой на боку. Старший и средний сыновья в июне ушли в Красную армию. Естественно, что при таком раскладе оставаться в деревне Карпыч не рискнул, подался в лес к Брониславовичу. На хозяйстве оставил старуху, в надежде, что ее не тронут.
По причине солидного возраста и начавшего ухудшаться зрения, Карпыча определили на отрядную кухню. Так как народа столовалось немного, то со своими обязанностями он и сам справлялся превосходно без всяких помощников. Потому назначение Лемира на кухню воспринял без энтузиазма, тем более, что помощник ему достался весьма бестолковый, к тому и двух слов связать не могущий.
- Как звать?
- Лемир, - ответил за штурмана Ленька.
- Лешкой, стало быть, будешь, - вынес вердикт Карпыч.
Помучавшись, каким бы таким полезным делом занять помощничка, отрядный кашевар не придумал ничего иного, кроме как приставить его к поддержанию огня в печке под котлом. С этой задачей справился бы и ребенок, а вот штурману дальней разведки она оказалась не по плечу.
Для начала выяснилось, что с огнивом и кресалом Лешка обращаться не умеет. Карпыч сам высек искру, раздул задымившийся сухой мох, поджег мелкие щепочки, потом щепки покрупнее, через пять минут печка весело гудела. Кашевар показал штурману, что надо приносить сложенные у землянки дрова и подкладывать их в печку. Лемир понял задачу - принести топливные элементы и положить их в камеру сгорания. Правда, при первой же попытке открыть топку он обжег палец, но не сильно. После чего продолжил носить и подкладывать. Так и наложил бы полную топку, но Карпыч это дело вовремя заметил и пресек безобразие.
- Вот же навязалась бестолочь на мою голову!
Лемир долго не мог понять, почему этот немолодой абориген на него сердится, он же все делал именно так, как ему показали. Но потом сообразил, что этот примитивный обогреватель не имеет автоматической системы подержания заданной температуры, а потому, эта функция тоже возложена на него. Дело оказалось несложным, надо было всего лишь своевременно заменять прогоревшие топливные элементы другими.
Ближе к вечеру Лемира навестил Ленька.