Спальня, выделенная для нашего проживания, поражала своими размерами. Впрочем, как и все остальное в доме. И она действительно оправдывала свое название: вся обстановка в ней была разнообразных оттенков зеленого цвета. Пушистый ковер под ногами, напоминающий о летнем луге, тяжелые бархатные гардины, обивка на стульях и небольшом диванчике, стоящем в углу. Да что там, даже постельное белье было зеленым, в чем я поспешила убедиться, сунув свой любопытный нос под покрывало, лежащее на огромной кровати. Кстати, ширина последней меня как раз весьма обрадовала. Не придется лежать вплотную к Элмеру. Тот, правда, обещал не позволять себе ничего лишнего, однако печальный жизненный опыт доказывал, что мужчинам в подобных вопросах лучше не доверять.
– И что скажешь насчет моих несостоявшихся родственников? – первым делом поинтересовался Элмер, прежде плотно закрыв дверь.
Я неопределенно пожала плечами. Со стоном наслаждения скинула туфли и прошлась по мягкому ковру босиком. Что скрывать, не привыкла я к каблукам. Даже недолгое пребывание в такой обуви для меня равносильно пытке.
– Стефан что-то скрывает, – наконец проговорила я, остановившись напротив окна, из которого открывался чудесный вид на небольшой искусственный пруд, берега которого были аккуратно выложены разноцветной галькой, правда, сейчас немного потерявшей краски под пасмурным небом.
– Почему ты так думаешь? – Элмер рухнул на кровать и заболтал в воздухе ногами, словно маленький мальчик.
– Он маскирует свою ауру. – Я подавила желание присоединиться к нему в этом занятии, вовремя вспомнив, что на мне не брюки, а платье, которое бы неминуемо помялось от таких кульбитов. Вместо этого я чинно-благородно села на один из стульев, аккуратно расправив на коленях подол. – Но не так, как Альтас, а напротив, словно кичится этим. Использует самую простую сеть и даже не считает нужным хоть как-то прикрыть ее. Но в какой-то мере это вполне действенная мера: я не могу узнать, заключал ли он с кем-либо договор на насылание смертельного проклятия. Точнее, могу, но тогда неминуемо рассекречу себя.
– Странные дела творятся в этом доме с аурами обитателей, – задумчиво проговорил Элмер, подперев подбородок кулаком. – У бедняги Арчибальда сидит некая пиявка. Как обстоят дела у Стефана, ты вообще не видишь. Надеюсь, хоть с Крагеном все в порядке?
– Да. – Я кивнула. – С аурой твоего почти что отчима все отлично. Будь уверен, уж он-то ни с каким хекстянином договор на убийство не заключал. По крайней мере лично. Но подобные сделки не принято передоверять другим людям.
– Хотя бы это радует. – Элмер улыбнулся. – Я бы сильно расстроился, если бы узнал, что в смерти матери повинен именно Краген. Однако его невиновность для меня все же не откровение. Он единственный, кто согласился добровольно пройти допрос с применением магических средств, что вообще-то о многом говорит.
Я молчала, вспоминая темные глаза Стефана, его обаятельную улыбку и приятный негромкий голос. Возможно ли, чтобы именно этот человек пошел на столь жуткое преступление? Жизнь на Хексе научила меня, что никому не стоит верить. Под самой красивой и привлекательной внешностью зачастую скрываются последние негодяи, от злодеяний которых волосы на голове могут зашевелиться. И до недавнего момента я была уверена, что умею разбираться в людях. Но происшествие с Элмером сильно подкосило мою уверенность в собственной проницательности. И вот теперь новый удар. Было очень неприятно осознавать, как сильно я хочу, чтобы Стефан оказался невиновен. Эх, Доминика, продолжишь себя вести так и дальше – опозоришься и как специалист, и как человек.
И пока я старательно уверяла себя в этой мысли, мои губы вдруг совершенно неожиданно шевельнулись и задали такой вопрос, от которого мне окончательно стало плохо.
– А почему Стефан не женат? – словно со стороны услышала я свой тонкий смущенный голосок и тут же пребольно прикусила язык, как никогда желая провалиться от стыда сквозь пол.
– А почему тебя это заинтересовало? – вопросом на вопрос ответил удивленный Элмер.
– Ну… просто странно. – Поскольку отступать было уже поздно, я решила с наименьшими потерями выйти из неудобной ситуации, напустила на себя равнодушно-усталый вид и принялась вдохновенно врать. – Как я поняла, ему около тридцати. В деньгах не нуждается, дни проводит в лености и праздности, на лицо вроде не урод. Не понимаю, как при таких благоприятных условиях его еще не взяли в оборот охотницы за богатыми женихами.
– Вообще, я не совсем уверен, что Стефан говорил чистую правду, когда описывал свою жизнь, – задумчиво сказал Элмер, видимо, удовлетворившись моим объяснением. – Краген мало рассказывал о сыне. Впрочем, я и сам редко бывал здесь в гостях, занятый работой. Да что там, я видел Стефана всего пару раз. Даже на семейных праздниках его частенько не бывало. Краген как-то обмолвился, что его сын не любит долго сидеть на одном месте. Быть может, в этом и кроется причина его одиночества? Мало какая женщина готова мириться с длительными отлучками предполагаемого супруга.