– Боюсь, мой ответ вам не понравится.
– Я твоя жена и должна знать! – гневно крикнула я припоминая ему священный брак.
– Твое дело раздвигать ножки и рожать детей! – презрительно фыркнул он схватывая мои руки. Завтра поди останется синяк.
– Мое дело быть твоей женой! Я не потерплю в моем доме любовниц или же легкомысленных девиц! – злобно рыкнула ему, даже не вспоминая слова няни. Злость затмил мой разум.
На мгновение я заметила, что его зрачки увеличились и потемнели.
– О, моя жена с характером значит? Это даже не плохо. – наследник снисходительно улыбнулся. Он медленно приближался будто охотник к дрожащей лани. Его глаза горели, а на лице застыла похотливая улыбка. От прежнего нежного принца не осталось и следа, будто его подменили, и я вспомнила разговор в конюшне.
– Что ты творишь? – спросила я севшим от испуга голосом.
– Как что? Хочу исполнить свой супружеский долг, женушка моя! – оскалился принц. По спине прошелся неприятный холодок. Он собирается… нет, это невозможно! – Я люблю приструнивать необъезженных кобылиц.
– Ваше высочество! – испуганно прошептала я.
– Да, конечно, я твой принц! – возбужденно закивал наследник, снимая с себя одежду. В мгновение ока он предстал передо мной совершенно голым, да еще гордо вскинув голову. Я от страха встала как вкопанная и глядела во все глаза в его совершенное тело. Светлая кожа, идеальный голый торс, светлые волосы все это дополняло его природную красоту. Но при виде его мужское достоинство от стыда опустила свой взор на пол. Он рывком порвал мою сорочку и уже лицезрел голодным взором мое юное тело.
Не смотря на мой возраст уже имела многообещающую грудь, которую скрывала под мужскими одеждами. Высокие скулы и заостренный подбородок. Осанка была идеальной, что привили мне еще с детства. Няня постоянно твердила что у меня славное будущее, что буду иметь благосклонность молодого короля или же иметь богатого и знатного супруга.
– На четвереньки! – сдавленно приказал наследник. Возмущение почти что сорвалось с моих губ, но увидев в его глазах похоть и жестокость, я не стала сопротивляться. К тому же Бог знает куда меня это приведет. Выполнила то, что он приказал.
– Ммм, какой вид сзади. – проворковал принц, на что я сморщила нос. Благо он даже не видел этого. Принц нежно поглаживал мои ягодицы. Неприятно, крайне неприятно осознавать свою беспомощность. Я могла позвать на помощь, но помогут ли? Он – законный муж и этим все сказано. Наследник в буквальном смысле слова разорвал мою ночную тунику, и я осталась голой.
Никогда в жизни не любила чувства беспомощности. Поэтому четыре года назад впервые в руки взяла отцовский меч. Тогда он не был против, ведь наследника во дворце не было. Матушка, помню, сильно ворчала. Как только маменька потяжелела, сразу же занялись моим воспитанием. Не скажу, что в детстве меня растили вольно, но все же разница чувствовалась.
Руки принца оказались на моих грудях и резко сжали их. По слухам, должно быть приятно, но мне было больно. Я не стала показывать своего страдания.
– Тебе понравилось! – Жесткий голос разбил все мои иллюзий. – Ничем не отличаешься от столичных девок! – Пыхтя проговорил и резко вошел своим детородным органом.
Острая боль пронзила меня между ног, и по телу скатился жар, будто меня облили горячей водой. На мгновение наследник остановился, как будто натолкнулся на преграду. Затем ускорил свой темп. Я громко вскрикнула и от боли из глаз потекли слезы:
– Прекратите пожалуйста, мой принц, вы делаете мне больно! – рыдая молилась я. Но эти рыдания и жалобы еще пуще возбудили его похоть, и принц пуще прежнего ускорил свой темп. В конце концов Василевс испустил громкий блаженный стон, его семя оросила мое лоно. Покрытый потом принц опустился рядом со мной. Моя девственность была порвана и теперь он с ухмылкой глядел на мои бедра, запятнанные девственной кровью.
– Ну вот, мы теперь уже точно муж и жена. Твой потаенный проход все еще мал для моего жеребца, но ничего это дело поправимо, – встав он собрал свою одежду и пошел в сторону ванны. Я осталась одна, со своей болью и ненавистью. Та крохотная симпатия, которую испытывала к нему исчезла, вместо него появилась пустота, боль и ненависть. Мне оставалось смириться с судьбой-злодейкой и молиться что не понесу от него.