Илья скромно утаскивает одну. Стреляет глазами в букет, который и на второй день пребывания в офисе, как новенький. Интересуется:
— Поклонник? Красивые.
— Что-то вроде того, — улыбаюсь, плавно съезжая с темы. — Вы что-то хотели, Илья Владимирович?
— Зашел спросить, что решила? По поводу бара. Берешься?
— А, да. Хотел вчера к вам подойти, но, когда вспомнила, вас уже не было на месте. Да, я хочу попробовать. Думаю, у меня получится. Я уже даже накидала кое-какие предварительные варианты, но, разумеется, нужно еще осмотреть помещение и поговорить с заказчиком.
— Вот и ладненько. Тогда собирайся. Через десять минут жду на улице.
— Что? Куда?
— Поедем на встречу с тем самым заказчиком. Он нас в своем ресторане уже ждет. Что оттягивать, правда? Давай, Вик, — взгляд на наручные часы, — уже девять минут, — и снова новое подмигивание.
Нет, может, все-таки это от Ильи букет и конфеты?
Ресторан, в котором нам с Ильей назначил встречу его друг-заказчик, расположился всего в паре улиц от нашего офиса. Это не могло не радовать. Десять минут на машине, с учетом трех светофоров, и мы заруливаем на парковку. Разве не прелесть?
Если бы погода располагала, можно было бы и пешком прогуляться. Но увы, на улице все еще жуткая гололедица. И да, я ищу способы как можно меньше времени оставаться с нашим директором наедине. Не нравятся мне эти его… подмигивания.
— Андрюха — человек непростой, но креативный, — дает последние наставления генеральный. — Иной раз он может быть недоволен всем, а уже наутро со своей легкой руки дать проекту одобрение. Ему нужно время, чтобы все переварить и разложить по полочкам. Короче, Вик…
— Спонтанность — это не про него, я поняла. Все решения должны быть взвешены и выдержаны. Не торопить — запомнила.
Илья Владимирович улыбается, кивая.
— Умница.
Я отвожу взгляд. Не смущаюсь, а держу приличную дистанцию. Раз уж наш генеральный директор на нее решил основательно забивать в моем присутствии.
Нет, будь Илья человеком посторонним да даже хотя бы просто коллегой — мне было бы в разы проще! Где-то лишний раз ему улыбнуться, где-то подмигнуть, где-то намекнуть. А почему нет? Я девочка, я люблю быть в центре внимания мужчины.
Но! В нашем случае есть огромное «но». Илья — мой начальник. А на флирт с начальством в моей жизни жирное табу. Каким бы обаятельным и привлекательным он не был — для меня шашни с руководством не предвещали ничего хорошего. Только еще больше сплетен и пересудов. Увольте, наелась!
— Я думаю, все пройдет удачно, — уверяю водителя, когда машина паркуется почти у самого входа в ресторан, втискиваясь между двух других.
Я подхватываю сумочку с папкой и тянусь к ручке, чтобы открыть дверь и выйти, когда Илья Владимирович глушит мотор и выдает задумчиво:
— Хорошая ты, Вика, девочка…
Меня как по щекам с размаху бьют! Их опаляет жгучий, ядерный, алый румянец! Он настолько яркий и интенсивный, что меня, кажется, видно даже из космоса в этот момент!
В голове всплывает тут же другая картинка и похожие слова от другого мужчины:
Абзац!
Растерявшись, я ничего не отвечаю на брошенную Ильей реплику. А спешу отвернуться и выскочить на свежий воздух, гадая, как меня, домашнюю прилежную отличницу, угораздило так вляпаться, чтобы сравнивать двух мужиков!
Дергаю дверь и слишком резво выскакиваю из высокого внедорожника. Не рассчитав расстояния и сил. Секунда. Мгновение. Даже сориентироваться не успеваю, а только охнуть, как нога подворачивается! Каблук попадает на замерзшую лужу, и я, поскользнувшись, взмахиваю руками, уже приготовившись позорно сесть задницей на асфальт и раздробить себе копчик. Как…
Падения не случается. Меня… меня ловят? Да, черт побери! Меня ловят чьи-то сильные руки, хватая за талию и дергая вверх. Ставя ровно на подкашивающиеся от страха ноги.
Моя спина упирается в чью-то грудь. Моя талия сжата чьей-то рукой. Мое сердце успевает сделать только один удар. Громкое «бум»! А потом мое ухо обжигает горячее дыхание и волнующий шепот:
— Все-то ты мне в руки свалиться норовишь, ясноглазая… — прошивая током от макушки до пят.
Глава 11
Вики дергается испуганно. Оборачивается стремительно. Она по-прежнему в моих руках, ладонями своими горячими мне в грудь упирается, сохраняя расстояние на грани приличия. Взгляд поднимает глаза в глаза, молча предупреждая.
О чем? Это она по поводу того перца, с которым приехала на пафосной тачке, беспокоится? Да по хрен. Нет, я бы, конечно, мог ее отпустить, но не делаю этого. Наоборот, машинально сильнее талию ясноглазой сжимаю, к себе прижимая ее, замечая не без гордости:
— Я снова тебя спас.
Как за эти пять дней с момента нашего расставания она вообще не убилась со своей координацией в свете последних климатических событий? Вопрос. Который чуть не срывается с языка, но я его вовремя прикусываю.
— Ренат? — спрашивает, будто глазам не доверяет.
— Ренат, — киваю. — Привет, ясноглазая.