Читаем «Наш бронепоезд…»: хрестоматия военного железнодорожника и восовца полностью

Закаспийская железная дорога

Дружно, быстро, мы, ребята,Подвигаемся вперед!Лихо от Кизил-АрватаБатальон второй идет.Наши лагери – укладка,А вагон у нас – палатка;Мы среди полей живем,Нам и горе нипочем.Стелем рельсы мы и шпалы,И чугунку в степь ведем;Верст прошли уже немало,Скоро к Мерву подойдем.Мы усталости не знаем:Наш солдат не уставал;На работе не зеваем —Впереди сам генерал.Сам он делом управляет,Он для нас отец родной;Никогда не унываетБатальон зато второй.Анненков спасибо скажет,А солдат сердечно рад;Батальон второй покажет,Где дорога на Герат.Чрез пески мы проходили;Знаем холод, вьюгу, зной;Но себя не посрамили:Командир у нас лихой.Лишь полковник скажет слово,А работа уж кипит:Живо дело все готово,Только пар столбом валит.Мы работаем ведь дружно:Ломом, киркой, молотком,А как только будет нужно —Поработаем штыком.Ну, дружнее же, ребята,Не жалейте вы свой труд;Эти рельсы азиатамПросвещенье принесут.Им придется убедиться,Что где русский – там заря,И начнут они молитьсяЗа российского Царя.

(соч. Г. Душкин)

2-й Закаспийский железнодорожный батальон

В белокаменной столицеБатальон составлен наш,Знать по царскому приказуМы собрались тот же час.Мы, как соколы, слеталисьИз различных из частей,Принести желая пользуСпециальностью своей.Между нами есть такие,Что куда ни поверни,Могут сделать, что угодно,Только толком разъясни.Кондукторы, кочегары,Машинисты, слесаря,Больше все мастеровые —Путевые мастера.Батальонный командир нашНе начальник, а отец:Он по службе справедливый,А собою молодец.Нам погода не мешает —Подвигаемся вперед,Чарка водки и спасибо —Дело-то быстрей пойдет.Чрез пять месяцев укладкиК Ашхабаду подошли,И спасибо заслужили —Угощение нашли.Для нас музыка играла,Встреча славная была.Артиллерия стреляла,Все кричали нам «Ура!»Ты, железная дорога,Много стоишь нам труда,Но за ЦАРСКОЕ спасибоМы готовы хоть куда!

(сон. ряд. Толкачев)


(Краткая военно-историческая летопись 2-го Закаспийского железнодорожного батальона, с. 314–317)

Совершая подвиги…

(из приказа по батальону)

Сметливость, быстрота реакции, находчивость, смелость – вот черты, издавна присущие военнослужащим железнодорожных войск.


Начальник ст. Мерв рапортом донес, что 5 ноября 1899 г. в 1 час 25 минут ночи сильным порывом ветра, переходящего в бурю, четыре порожних вагона были сдвинуты с места и покатились в сторону ст. Байрам-Али по первому пути, с которой в то же время вышел в Мерв почтовый поезд, бывший уже 20 минут в ходу.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
100 рассказов о стыковке
100 рассказов о стыковке

Книга рассказывает о жизни и деятельности ее автора в космонавтике, о многих событиях, с которыми он, его товарищи и коллеги оказались связанными.В. С. Сыромятников — известный в мире конструктор механизмов и инженерных систем для космических аппаратов. Начал работать в КБ С. П. Королева, основоположника практической космонавтики, за полтора года до запуска первого спутника. Принимал активное участие во многих отечественных и международных проектах. Личный опыт и взаимодействие с главными героями описываемых событий, а также профессиональное знакомство с опубликованными и неопубликованными материалами дали ему возможность на документальной основе и в то же время нестандартно и эмоционально рассказать о развитии отечественной космонавтики и американской астронавтики с первых практических шагов до последнего времени.Часть 1 охватывает два первых десятилетия освоения космоса, от середины 50–х до 1975 года.Книга иллюстрирована фотографиями из коллекции автора и других частных коллекций.Для широких кругов читателей.

Владимир Сергеевич Сыромятников

Биографии и Мемуары
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой , Николай Дмитриевич Толстой-Милославский

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное