-- А мы при чём? - спросила Юленька.
-- Ну как при чём? Цветы подарить, поговорить, -- растерялся Годзилла.
-- Мы на учёбу собираемся, -- отрезала Юленька и уже хотела захлопнуть дверь.
Подошла Катюшка, встав на цыпочки, осмотрела ухо Годзиллы, похожее на жёваный вареник.
-- Давайте-ка я вам ухо обработаю, -- сказала она.
Годзилла, пока Катюшка мазала ухо йодом и заклеивала пластырем, смотрел на неё не отрываясь. Взгляд голубых серьёзных и очень добрых глаз проник ему в сердце.
-- Хрящи целые, раны поверхностные, -- сообщила Катюшка. - Но всё равно нужно обратиться к врачу.
Годзилла вручил ей букет и вдруг неожиданно сказал:
-- А давайте вечером в кафе сходим?
Катюшка глянула на ухмылявшуюся Юленьку и отказалась, мол, заниматься нужно.
-- А можно я всё равно приду? - спросил Годзилла.
-- Зачем? - хором спросили девчонки.
-- Вы будете заниматься, а я в кресле сидеть. Краны починить могу, наладить что-нибудь, мебель перетянуть, люстру перевесить - вон. Она у вас криво висит, -- сказал Годзилла.
Люстра покривилась после того, как на ней повисел Присоска.
-- А приходите! - весело сказала Юленька.
Она владела заклятием вечного рабства, а тут без всякой магии человек был готов служить им. И ей было интересно полюбоваться на то, что будет.
-- Ну вот. Мы на пару опоздали, -- огорчилась Катюшка.
-- Ничего! - обрадовался Годзилла. - Я вас на такси отвезу.
У ворот училища он крикнул им в спины:
-- Вечером приду!
Катюшка спросила подругу:
-- Уж не использовала ли ты заклятие?
Юля серьёзно сказала:
-- Это предательство - заклятие против лучшей подруги, можно сказать, сестры.
-- При чём тут я? Он к нам обеим привязался. Если что, прости за вопрос, -- возразила Катюшка.
Юленька загадочно улыбнулась.
После занятий девчонки возвращались поздно вечером: состоялся товарищеский матч по волейболу между училищем и технологическим колледжем. Из встретила всезнающая и всевидящая соседка. Она спросила:
-- Это не ваш ли кавалер четыре часа на лавке сидит?
Да, это был Годзилла с тортом. Он честно выполнял своё обещание.
Пришлось пригласить его. Когда поднимались по лестнице, в Годзиллином пакете звякнули бутылки.
-- В нашем доме нет места алкоголю! - строго сказала Юленька.
-- Светлое пивко и шампанское - не алкоголь, так, просто забава, -- попытался оправдаться Годзилла.
-- Со спиртным в дом ходу нет! - отрезала Юленька.
Как известно, для магии спирт и соль - это сильнейшие яды.
Годзилла с готовностью поставил пакет в угол лестничной площадки.
Следом поднималась соседка, и пакет, естественно, исчез.
Так Годзилла, которого звали по-настоящему Сергей, стал вроде детали интерьера в квартире подруг. И эта деталь хотела принадлежать только Катюшке, которой даже иногда бывало скучно, когда Сергей был занят в автомастерской. Но скуку скрашивали бесперебойные звонки воздыхателя.
У Юленьки тоже была личная жизнь. Катюшка занималась в спортивных секциях, а на танцевальные вечера ходить отказывалась.
-- Чему я там научусь? Что это мне даст? - говорила она.
-- Расслабишься, -- отвечала ей ведьмочка.
-- А я не чувствую никакого напряжения, -- противилась Катюшка.
И правда, умориться деревенской девчонке, привыкшей к тяжёлому труду и зубрёжке, было практически невозможно.
Задолго до текущих событий Юленька поучаствовала в празднике по поводу Хэллоуина и натворила там дел. А ещё к ней пристал юноша, красивый, длинноволосый, студент непонятно какого вуза, который именовал себя Алексом Норрисом. Юленька различила слабый след магии. Вероятно, какая-нибудь его родственница была ведьмой. Алекс Норрис точно прикипел к ведьмочке. Он чувствовал её силу. К тому же девушка была потрясающе красива.
Но пристать к Юленьке, как банный лист или Сергей-Годзилла к Катюшке, ему не удалось. С ведьмами шутки плохи, они погасят на раз-два любые душевные и недушевные порывы.
Алекс Норрис однажды пригласил Юленьку на свидание - на старое городское кладбище. Ведьма заинтересовалась. Какая же колдунья откажется побывать в месте упокоения душ? Юленька рассказала о свидании Катюшке. Подруга посоветовалась с Сергеем.
-- Он чо, дурак? - удивился Сергей. - Ну, кафе там, боулинг клуб, танцы-кино, это ладно. Думаю, Юльке нечего делать на погосте с этим волосатиком. Запрети ей.
-- Не могу и не хочу, -- ответила Катюшка. - Запрет означает неуважение. А вот посмотреть на это свидание хотелось бы.
-- Ну так пошли! То есть поехали! - сказал Сергей, способный к быстрой мобилизации.
Как только спортивная машина Алекса Норриса с рёвом унеслась со двора, Сергей вызвал такси. У кладбища ребят не было, стояла машина, а вокруг погоста возвышался забор из чугунных пик.
-- Где-то есть дыра, -- догадался Сергей.
И ребята отправились на поиски входа. Одна из пик была выломана, и Катюшка легко проникла внутрь. Годзилла застрял.
-- А ты стой здесь, сторожи. Я закричу, если что, -- велела она Сергею. - Тогда вызывай полицию.
Он, конечно, послушался, но потом стал грызть себя за то, что отпустил девушку одну.
Катюшка нашла следы Алекса Норриса и Юленьки и тихонько пошла по ним.