Несколько минут он любовался таинственными видами Марс, потом задумался о предстоящих работах. Корабль — проникатель, на котором они прилетели, оставался на орбите планеты в качестве базы для внутрисистемных кораблей. А дел людям и квиртам предстояло много. Атмосфера Марса очень тонкая и непригодна для жизни, 95 % углекислого газа, всего лишь 0,13 % кислорода вкупе с отсутствием водяных паров, хотя приполярных льдах и под тонким слоем почвы запасено колоссальное количество замерзшей воды. Аналитики квиртов рассмотрели ситуацию на планете и пришли к выводу что, если сбрасывать в полярных районах небольшие астероиды, состоящие в основном из замерзшего льда как водяного, так и углекислотного, то небесные посланцы по большей части превратятся в пар и газ. Влага частично останется в атмосфере, а частью выпадет на поверхность в виде дождей. Несгоревшие остатки астероидов врезавшись на космических скоростях в планету, станут испарять льды полярного оледенения. В результате нескольких десятилетий таких бомбардировок, воздушная оболочка планеты станет плотной, насытится водяными парами и газами, на поверхности планеты сгладятся температурные колебания, по равнинам побегут первые реки и озера, Марс превратится в более комфортную для жизни планету. Вот этой работой — обнаружением и буксировкой из пояса астероидов подходящих ледяных глыб и займутся внутрисистемные корабли, в их числе купленный русскими у квиртов, его уже осваивают на земле коллеги — космонавты. И только после появления подходящих условий наступит время засеять поверхность жизнью. Вначале простейшей — сине-зелеными водорослями и лишайниками, а с увеличением содержания кислорода и температуры на планете, и сложными формами жизни. А задача первопроходцев основать колонию на поверхности Марса, она станет базой землян. Благо, ко времени прибытия русских космонавтов, квирты уставили жилой купол и для них.
Посадка на Марс Анатолия приятно удивила, ощущения кардинальным образом отличались от пережитых меньше месяца тому назад при посадке на поверхность Земли в спускаемом аппарате. Едва шаттл вошел в атмосферу, в иллюминаторе заплескались совсем не страшные огненные языки плазмы, а тяжесть вновь вернулась, настойчиво вдавливая тело в кресло. Через полчаса аппарат завис на ярких полупрозрачных реактивных струях над поверхностью Марса, Анатолий, вместе с остальными пассажирами, прильнул к иллюминаторам. Под безоблачным небом цвета пламени, до горизонта простиралась красноватого оттенка пустыня, усеянная хаотично лежащими обломками камней и кое-где снегом, состоящим из замершей воды и углекислого газа. В северном полушарии планеты стояла зима. На горизонте равнина плавно переходила в невысокие горы, а о присутствии жизни напоминали лишь два небольших надувных купола поблизости. В десятке метров от поверхности планеты из корпуса выскочили мощные телескопические опоры. Земля плавно приблизилась, толчок, еще толчок, мощные опоры спружинили, принимая на себя тяжесть аппарата.
— Отличная раскрутка, коллеги молодцы, — повернувшись к товарищам громким голосом оценил профессионализм экипажа шаттла Анатолий.
Петр лишь молча кивнул, не отрывая взгляд от окружающего пейзажа. Анатолий последовал его примеру и повернулся к иллюминатору. Любопытство присуще людскому роду. Корабль сел на Марс в кратере Ломоносова в котором построили первые, на поверхности планеты, колонии.
Нежно-розового цвета небо Марса, завораживали чужеродностью. Несмотря на то, что солнце уже успело высоко подняться над горизонтом, на небесах, подальше от поднявшегося над пустыней светила, мерцали разноцветные звезды. Больше всего поражал цвет светила. Вверху пылало не ласковое желтое солнце Земли, а холодным бирюзовым цветом сияло солнце замерзшего Марса.
Первыми пригласили на выход квиртов, а через несколько минут и людей пошли к выходу.
Глава 8