— Уходите, — произнес Павел Сергеевич сзади. — Вы привлекаете к нам внимание. Уходите немедленно.
— Но они вас схватят!
— Посмотрим. Если и так, может, теперь это к лучшему. Уходите!
Рокот БХМ звучал совсем близко.
— Лабус! — донеслось с лестничной клетки.
— Кто со мной? — громко спросил Костя. — Идемте, вы еще можете спастись!
Девушка с младенцем привстала, и женщина в халате закричала: 'Света, сиди! Не вставай, сиди!' В глазах девушки появилась тоска. Лабус в упор смотрел на нее. Закусив губу, она опустила голову и осталась сидеть на месте, глядя в сморщенное красное личико пищащего младенца. Очухавшийся Ростик поднялся, подхватив с пола столовый нож, медленно пошел на Лабуса.
— Я буду вынужден выстрелить в вас, — произнес Павел Сергеевич сзади.
Костя мог с разворота отбить ствол, мог вырубить их обоих… но он не мог силой вывести отсюда всех этих людей, если они не верили ему и сами не хотели идти. Он не мог даже забрать с собой эту веснушчатую с косичками, потому что тогда ему пришлось бы драться с остальными — и, ссутулившись, он сказал хрипло:
— Хорошо, оставайтесь.
Повернулся, оттолкнул ствол помповика в руках Павла Сергеевича, пошел прочь по коридору.
Курортник стоял на лестничной площадке пролетом ниже. Увидев напарника, он отвернулся и поспешил вниз. Костя побежал за ним. В этот момент снаружи смолк рокот БХМ — противник вывел машину на атакующую позицию.
Толстый бордюр из скрепленных раствором камней тянулся от здания перпендикулярно, дальше шел второй, между ними асфальт полого сбегал к раскрытым воротам гаража. Там, внизу, высота бордюра была в человеческий рост, но в месте, где остановился Игорь, он едва достигал пояса.
Он успел натянуть камуфляж, как у эфэсбэшников, разгрузку, надел подсумок с Ф-1, ботинки из комплекта, который они ему дали, — не достался ему только титановый шлем, в автобусе не было запасного. Положив АК на бордюр, Игорь осторожно выглядывал из-за него. Здание было по правую руку от него, проезжая часть — слева, впереди газон и тротуар.
Колонна приостановилась, на другой стороне улицы что-то происходило, но отсюда он не мог ничего разобрать. Зато хорошо слышал выстрелы.
Когда они начали стихать, обратно на проезжую часть задом выехала тачанка, вокруг шли возвращающиеся пешие. Один сильно хромал и держался за бедро.
Колонна состояла из четырех тачанок, БМП, 'танка' и примерно двадцати бойцов. То есть уже из трех тачанок — одна так и осталась между деревьями на другой стороне улицы.
Когда остальные заняли позицию перед 'химической машиной', а броневик встал позади него, колонна снова начала набирать ход. Выезд из гаража находился между первым и вторым подъездом, первые машины только-только поравнялись с седьмым, последним. Учитывая их скорость, через пару минуту, не больше, они окажутся прямо напротив Игоря.
Где спецы? Он посмотрел вверх, на ряды поблескивающих в солнечных лучах окон. Звать нельзя: выстрелы смолкли, чужаки услышат его, хотя БХМ и рокочет на весь квартал.
Добравшись до пятого подъезда, колонна начала плавно поворачивать к дому. Игорь на коленях пошел вдоль бордюра. Как только первая тачанка поравняется с выездом из гаража, его легко заметят. Пока что бордюр прикрывал Сотника от противников, но если он не хочет оказаться на виду, надо спуститься по пандусу ниже.
Раздалась команда, и чужаки начали доставать из сумок противогазы, натягивать их на головы.
Курортник с Лабусом описали Сотнику их тактику, так что сразу стало понятно — противник собирался пустить газ на этот дом. Не только на него, под атакой окажутся и соседние, но шестнадцатиэтажка будет прямо в центре облака. Газ, по словам спецов, поднимался над землей метров на десять-пятнадцать. И, конечно же, просачивался под землю…
Игорь снова кинул взгляд на окна вверху. Вскочил и, пригибаясь, побежал обратно в гараж.
Лабус догнал Курортника на площадке между четвертым и пятым этажами, когда тот остановился.
— Не успеваем, смотри!
Рост у Кости был поменьше, чем у напарника, — чтобы выглянуть в окно, ему пришлось встать на цыпочки. Колонна, растянувшись вдоль шестнадцатижэтажки, плавно поворачивала к ней. Между машинами не спеша шли бойцы, все стволы были нацелены на здание.
'Танк' остановился, и на широкой квадратной башне появились трое чужаков. Один уселся на закрытом люке, поворачивая из стороны в сторону пулемет со сложенными сошками и прикладом; двое стали прикручивать к коротким стволам, торчащим из башни по бокам, концы шлангов, свернутые кольца которых лежали ниже на корпусе.
— Леха, видишь, что за машинка у него?
— ПК, кажется.
— Точно! Уже научились, выходит? Может, потому что он самый простой — ну, считай, тот же 'калаш', только ствол длинный и магазин на сорок пять патронов… — и вдруг Костя понял кое-что еще: на всех чужаках теперь были противогазы!
— И маски уже нацепили! Не успеваем, что делать?
— Ты прикрывай, я вниз за нашими. Из гаража все выходы закрыты, кроме центрального, придется прямо мимо этих… Дам сигнал красным — тоже беги.
— Как прикрывай?! — возмутился Лабус. — Я едва до окна дотягиваюсь!