— Из тех, кто не желает мириться с существующим положением в Египте. Я служу корпорации жрецов старого культа Амона-Ра, брат. И у меня поручение к тебе.
— Снова заговор? Брат, я не хочу участвовать ни в каких заговорах против существующей власти. Ты не знаешь, что за это бывает.
— Я не знаю? — Рахотеп одним движением сбросил с плеч накидку и остался с голым торсом в одной полотняной юбке и сандалиях из папируса. — Посмотри на меня. Как раз светит луна. Полюбуйся.
Ана взглянул на тело брата и ужаснулся. Его грудь была сплошь покрыта затянувшимися ранами и белесыми шрамами. Все пальцы на левой руке были отрублены, и рука напоминала уродливую подушечку для булавок.
— Брат! Что это? Кто это сотворил с тобой?
— Слуги фараона. Я заявил пред моими солдатами, что фараон губит армию. Больше того, я сказал, что Эхнатон — враг Египта. Меня схватили и пытали, но мои солдаты сумели отбить меня у жрецов, и я сумел бежать. Теперь же я здесь с поручением и обязан его выполнить. Но если ты откажешься помочь, брат, то я тот час уйду из твоего дома и стану искать иные пути.
— Я не откажусь, брат. Что тебе нужно сделать?
— Мне нужно связаться с нашим двоюродным братом Нехези.
— Но он живет не здесь, а в Ахетатоне, брат. Он теперь в особой чести у фараона и постоянно состоит в свите чати фараона Эйе. Эйе не отпускает его от себя. Вошел в силу наш двоюродный брат. Нас не трогают только благодаря его влиянию.
— Жрецы Амона-Ра желают восстановить поклонение истинным богам и запрещения противного Египту культа Атона.
— Но фараон никогда не пойдет на это, брат.
— Я знаю. Но при чем здесь фараон? — спросил Рахотеп. — Фараона-врага больше не будет. И для этой цели нам нужен Нехези и его господин Эйе. Ты можешь отправиться в Ахетатон с моим поручением?
— Я? Могу, но что я должен буду сделать, брат?
— Отправиться в Ахетатон и встретиться с Незхези, а он пусть устроит тебе встречу с Эйе. Ты предашь ему поручение и место встречи, где он сможет увидеть жрецов Амона-Ра. Это место в Фивах в городе мертвых.
— Нехези поможет нам, но не станет Эйе так рисковать, брат.
— А жрецы думают, что станет, ибо ему надоел новый культ, как и многим в стране. Они верят, что Эйе вынужденный сторонник Эхнатона. А если нет, то они сумеют сделать так, чтобы Эйе стал непримиримым врагом Эхнатона. Главное, чтобы он посетил место, куда его зовут.
— Но ты не знаешь, что Эйе теперь постоянно при фараоне.
— Ничего. Если Эйе пошлет Нехези с поручением — это хорошо. Тем кто меня послал это нужно.
— Если так то я готов, брат.
— Но сделать это нужно будет быстро.
— Само собой. Я завтра же отправлюсь в Ахетатон с поручением от первого жрецы Атона в Фивах. Обычно такие поручения возит четвертый жрец, но на сей раз можно вполне нарушить правила…
1351 год до новой эры. Двенадцатый год правления фараона Аменхотепа IV (Эхнатона)
Эйе как всегда ждал с самого утра у дверей спальни фараона утреннего выхода владыки Верного и Нижнего Египта. Рядом с ним стоял хранитель царских сандалий и хранитель ларца с царскими благовониями.
— Повелитель сегодня изволит спать больше обычного? — спросил хранитель ларца у Эйе.
Эйе развел руками, показывая, что это не дано ему знать.
В это мгновение в приемный покой ворвался Мерира. Он был всклокочен и не одет опрятно как обычно, с аккуратно уложенными рабынями складками жреческой одежды.
— Его святейшество еще не вставал? — спросил он.
— Нет. Его святейшество изволит спать, — церемонно ответил хранитель царского ларца с благовониями.
— Нужно срочно его разбудить. У нас большое несчастье.
В этот момент резные двери отворились и на пороге появился сам фараон Эхнатон.
— Что я случилось? Я слышал твои последние слов, Мерира Что за несчастье у нас могло произойти? Почему в последнее время мне всегда докладывают о несчастьях?
— Сын её высочества принцессы Анхесенатон и принца Тутанхатона заболел! Я уже приставил к младенцу лучших лекарей и заклинателей храма Атона. Но дело здесь непростое — пахнет колдовством и намеренной порчей, наведенной на наследника.
Эхнатон изменился в лице, и его нижняя губа задрожала. Все знали, как он относился к этому младенцу, и ожидали приступа гнева. Тутанхатон и дочь фараона Анхесенатон недавно произвели на свет сына, здорового младенца нареченного Энатоном Вторым и фараон провозгласил именно его наследником короны Верхнего и Нижнего Египта.
— Что случилось с принцем? — глаза Эхнатона впились в Мерира.
— Кормилица, что была приставлена к маленькому Эхнатону сообщает, что в полночь в комнате наследника появилась фигура с кошмарным лицом. Она видела гниющие бинты, ввалившиеся щеки и острые зубы мертвеца. Кормилица перепугалась так, что лишилась дара речи. Фигура подошла к колыбели и посмотрела на младенца. Обычное дитя умерло бы сразу от подобного взгляда, но наследник находящийся под покровительством Атона пережил этот страшный убивающий взгляд.
— Что сказали врачи?