Читаем Наталия Гончарова. Любовь или коварство? полностью

7 августа — пишет Ланскому: «Какая женщина равнодушна к успеху, который она может иметь, но клянусь тебе, я никогда не понимала тех, кто создавал мне некую славу»;

17 августа — на вечере у Лавалей встречается с графиней Е. К. Воронцовой. «…Всякая натянутость исчезла, я ей напомнила о нашем очень давнем знакомстве, когда я ей была представлена под другой фамилией, тому уже 17 лет»;

9–10 (?) сентября — встречается с женой Нащокина Верой Александровной. Сообщает Ланскому (от 12 сентября) о просьбе Нащокиной забирать ее сына из училища на праздники: «Я рассчитываю взять его в воскресенье. Положительно, мое призвание — быть директрисой детского приюта: Бог посылает мне детей со всех сторон, и это мне нисколько не мешает, их веселость меня отвлекает и забавляет»;

10 сентября — пишет супругу: «Суета сует, все только суета, кроме любви к Богу и, добавлю, любви к своему мужу, когда он так любит, как это делает мой муж. Я тобою довольна, ты — мною, что же нам искать на стороне, от добра добра не ищут».


Конец 1849 — начало 1850 — передает пушкинские рукописи издателю Павлу Васильевичу Анненкову. «В это время Ланская, по первому мужу Пушкина, — вспоминал он, — пришла к мысли издать вновь сочинения Пушкина… Она обратилась ко мне за советом и прислала на дом два сундука его бумаг. При первом взгляде на бумаги я увидал, какие сокровища еще в них таятся, но мысль о приятии на себя труда издания мне тогда и в голову не приходила. Я только сообщил Ланской план, по которому… должно быть предпринято издание…»


1851–21 мая — подписывает договор с Иваном Васильевичем Анненковым, братом издателя, и уступает ему право на издание пушкинских сочинений. Позже это право передано биографу поэта П. В. Анненкову;

конец мая — уезжает лечиться за границу, посещает Берлин, Франкфурт, Бонн, Дрезден, Вену;

13 июля — посылает мужу план путешествия: «…Из Остенде до Бонна я поеду по железной дороге. В Бонне я сяду на пароход и… доеду до Мейнца. […] Из Мейнца до Франкфурта — поездом. В Дрездене остановлюсь только, чтобы посмотреть Швейцарию и Саксонию…»

Из курортного городка Годесберг (Германия) пишет мужу: «В глубине души такая печаль, что я не могу ее приписать ничему другому, как настоящей тоске по родине…»;

осень — по возвращении из поездки передает П. В. Анненкову переписку Пушкина-лицеиста с сестрой.


1852–18 января — принимает на домашнем балу сыновей Николая I: молодых великих князей Николая и Михаила Николаевичей.

18 апреля — свадьба сестры Александры с бароном Густавом фон Фризенгофом;

июнь — в Стрельне, в доме Наталии Николаевны, умирает ее престарелый родственник генерал-майор граф Ксавье де Местр;

июль — из Одессы приходит скорбная весть о смерти деверя Льва Сергеевича Пушкина, умершего 19 июля;

10 октября — направляет прошение о внесении ее с детьми в книгу дворянства Московской губернии, так как имеет «недвижимое имение в Волоколамском уезде». Подписывает: «Жительство имею в городе С-Петербурге». После раздела между наследниками ярополецкого имения получает его часть;

23 декабря — сообщает С. А. Соболевскому о предстоящей свадьбе дочери Наталии с Михаилом Дубельтом: «Партия подходящая во всех отношениях, она дает мне уверенность в счастье моей дочери, так как я знаю в течение многих лет этого молодого человека…»


1853–6 января — пишет князю Петру Вяземскому: «Быстро перешла бесенок Таша из детства в зрелый возраст, но делать нечего — судьбу не обойдешь».

18 февраля — на венчании дочери Наталии с подполковником Михаилом Леонтьевичем Дубельтом в церкви лейб-гвардии Конного полка;

апрель — приходит известие из Бродзян, австрийского имения Фризенгофов, где у сестры Александры 8 апреля родилась дочь Наталия.


1854 — живет в Петербурге «у Синего моста, в доме госпожи Якунчиковой». Поддерживает родственные связи с Елизаветой Пушкиной, вдовой Льва Сергеевича, и ее семейством;

23 августа — рождение первой внучки Наташи Дубельт, названной в ее честь.


1855–1857 — принимает непосредственное участие в издании П. В. Анненковым собрания сочинений Пушкина.

1855–18 февраля — узнает о кончине Николая I, столь много сделавшего добра ей и ее осиротевшим детям. «Смерть императора Николая Павловича… своей неожиданностью нанесла ей вдвойне тяжелый удар. Отец приехал из Зимнего дворца и при мне сообщил ей скорбную весть. Побледневшее лицо словно окаменело под наплывом горя. Неутешно оплакивала она Царя-Благодетеля, собирая, как драгоценные реликвии, все, что относилось к нему». (Из воспоминаний Александры Араповой);

лето (?) — в Петергофе, в коттедже «Александрия», преподносит вдовствующей императрице Александре Федоровне посмертное собрание сочинений поэта, о чем сообщает издателю: «При мне перелистывала книги, повторяя наизусть известные Ей стихотворения»;

август — самоотверженно ухаживает за мужем, заболевшим холерой;

Перейти на страницу:

Все книги серии Человек-загадка

Григорий Распутин. Авантюрист или святой старец
Григорий Распутин. Авантюрист или святой старец

Книга известного современного историка, доктора исторических наук А. Н. Боханова посвящена одному из самых загадочных и наиболее известных персонажей не только отечественной, но и мировой истории — Григорию Распутину. Публике чаще всего Распутина представляют не в образе реального человека, а в обличье демонического антигероя, мрачного символа последней главы существования монархической России.Одна из целей расследования — установить, как и почему возникала распутинская «черная легенда», кто являлся ее инспиратором и ретранслятором. В книге показано, по каким причинам недобросовестные и злобные сплетни и слухи подменили действительные факты, став «надежными» документами и «бесспорными» свидетельствами.

Александр Николаевич Боханов

Биографии и Мемуары / Документальное
Маркиз де Сад. Великий распутник
Маркиз де Сад. Великий распутник

Безнравственна ли проповедь полной свободы — без «тормозов» религии и этических правил, выработанных тысячелетиями? Сейчас кое-кому кажется, что такие ограничения нарушают «права человека». Но именно к этому призывал своей жизнью и книгами Донасьен де Сад два века назад — к тому, что ныне, увы, превратилось в стереотипы массовой культуры, которых мы уже и не замечаем, хотя имя этого человека породило название для недопустимой, немотивированной жестокости. Так чему, собственно, посвятил свою жизнь пресловутый маркиз, заплатив за свои пристрастия феерической чередой арестов и побегов из тюрем? Может быть, он всею лишь абсолютизировал некоторые заурядные моменты любовных игр (почитайте «Камасутру»)? Или мы еще не знаем какой-то тайны этого человека?Знак информационной продукции 18+

Сергей Юрьевич Нечаев

Биографии и Мемуары
Черчилль. Верный пес Британской короны
Черчилль. Верный пес Британской короны

Уинстон Черчилль вошел в историю Великобритании как самым яркий политик XX века, находившийся у власти при шести монархах — начиная с королевы Виктории и кончая ее праправнучкой Елизаветой II. Он успел поучаствовать в англосуданской войне и присутствовал при испытаниях атомной бомбы. Со своими неизменными атрибутами — котелком и тростью — Черчилль был прекрасным дипломатом, писателем, художником и даже садовником в своем саду в Чартвелле. Его картины периодически выставлялись в Королевской академии, а в 1958 году там прошла его личная выставка. Черчиллю приписывают крылатую фразу о том, что «историю пишут победители». Он был тучным, тем не менее его работоспособность была в норме. «Мой секрет: бутылка коньяка, коробка сигар в день, а главное — никакой физкультуры!»Знак информационной продукции 12+

Борис Вадимович Соколов

Биографии и Мемуары / Документальное
Вольф Мессинг. Экстрасенс Сталина
Вольф Мессинг. Экстрасенс Сталина

Он был иллюзионистом польских бродячих цирков, скромным евреем, бежавшим в Советский Союз от нацистов, сгубивших его родственников. Так мог ли он стать приближенным самого «вождя народов»? Мог ли на личные сбережения подарить Красной Армии в годы войны два истребителя? Не был ли приписываемый ему дар чтения мыслей лишь искусством опытного фокусника?За это мастерство и заслужил он звание народного артиста… Скептики считают недостоверными утверждения о встречах Мессинга с Эйнштейном, о том, что Мессинг предсказал гибель Гитлеру, если тот нападет на СССР. Или скептики сознательно уводят читателя в сторону, и Мессинг действительно общался с сильными мира сего, встречался со Сталиным еще до Великой Отечественной?…

Вадим Викторович Эрлихман

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное

Похожие книги

100 знаменитых анархистов и революционеров
100 знаменитых анархистов и революционеров

«Благими намерениями вымощена дорога в ад» – эта фраза всплывает, когда задумываешься о судьбах пламенных революционеров. Их жизненный путь поучителен, ведь революции очень часто «пожирают своих детей», а постреволюционная действительность далеко не всегда соответствует предреволюционным мечтаниям. В этой книге представлены биографии 100 знаменитых революционеров и анархистов начиная с XVII столетия и заканчивая ныне здравствующими. Это гении и злодеи, авантюристы и романтики революции, великие идеологи, сформировавшие духовный облик нашего мира, пацифисты, исключавшие насилие над человеком даже во имя мнимой свободы, диктаторы, террористы… Они все хотели создать новый мир и нового человека. Но… «революцию готовят идеалисты, делают фанатики, а плодами ее пользуются негодяи», – сказал Бисмарк. История не раз подтверждала верность этого афоризма.

Виктор Анатольевич Савченко

Биографии и Мемуары / Документальное
Отцы-основатели
Отцы-основатели

Третий том приключенческой саги «Прогрессоры». Осень ледникового периода с ее дождями и холодными ветрами предвещает еще более суровую зиму, а племя Огня только-только готовится приступить к строительству основного жилья. Но все с ног на голову переворачивают нежданные гости, объявившиеся прямо на пороге. Сумеют ли вожди племени перевоспитать чужаков, или основанное ими общество падет под натиском мультикультурной какофонии? Но все, что нас не убивает, делает сильнее, вот и племя Огня после каждой стремительной перипетии только увеличивает свои возможности в противостоянии этому жестокому миру…

Айзек Азимов , Александр Борисович Михайловский , Мария Павловна Згурская , Роберт Альберт Блох , Юлия Викторовна Маркова

Фантастика / Биографии и Мемуары / История / Научная Фантастика / Попаданцы / Образование и наука