Вообще, в окрестностях Припяти не было таких густых лесов, как в той же в тайге. Но и то, что имелось, простиралось на запад примерно километров на пятнадцать точно.Тут и там территорию к востоку разделяли поляны, овраги, ручьи. Даже небольшая группа холмов имелась. Заблудиться, конечно, сложно, но простора хватало. Интересно, как скоро Жмыхайло доложит куда нужно и вся система по поиску запустится?
— Куда бы я ни пошел, собаки все равно найдут след! — окликнул я. — Это лишь дело времени!
— Не найдут, — уверенно ответил спутник, продолжая идти вперед.
Я выдохнул, решил больше не нагнетать и без того непростую обстановку.
Примерно минут через сорок мы добрались до схрона, который был организован в небольшом, затянутом ряской болотце. Это было что-то крупное запаянное в плотный полиэтилен. Все было хорошо притоплено и скрыто под слоем ряски и водорослей. А тонкая веревка была надежно замаскирована зарослями камыша и тины. Если не знать о существовании тайника, наткнуться на него можно только случайно. Но кто в здравом смысле полезет в болото, пусть и небольшое?
Лисицын за веревку вытащил из воды содержимое, очистил от тины. Затем ловко вытащил нож и быстро вскрыл пакет. Извлек оттуда огромную сумку.
Внутри оказалась гражданская одежда, обувь. Пара сухих пайков, компактный рюкзак, аптечка. Пустой походный рюкзак. Две фляги, одна со спиртом, вторая с водой. Еще какой-то мелкий хлам.
— Значит так, переодеваешься. Ешь. А я пока разведаю дорогу, тут она совсем рядом. Нужно запутать тех, кто будет прочесывать местность. Так, часы есть?
Я кивнул.
— Ждешь меня здесь, до трех часов дня,— он передал мне свою карту. — Если к этому времени я не возвращаюсь, следуешь дальше на восток. Понял?
Снова кивнул.
После этого оперативник накинул на плечи рюкзак, неторопливо направился куда-то вправо, через пару минут скрывшись из виду. Некоторое время был слышен негромкий треск веток и шорох листьев, но вскоре я остался в почти полной тишине. Времени зря терять не стал — быстро набил рюкзак содержимым, почти до самого верха. Переоделся в гражданскую походную одежду, обулся в легкие ботинки.
А затем максимально быстро собрал свои шмотки, запихал их в сумку. Определил ее в пакет и все это зашвырнул обратно в болотце. А сам рванул в противоположном направлении, намереваясь уйти от подозрительного чекиста как можно дальше.
Пока я шел за ним по лесу, анализировал возможные варианты действий. Разрывался в сомнениях, доверять ему или нет?
В его появлении было много странного. Откуда он вообще взялся и кто его послал? Ну не сам же инициативу проявил? Верить ли его словам?
Вопросов было много, однако чуйка предательски молчала. Именно поэтому я принял решение уйти в свободное плавание. Я не мальчик, уж смогу за себя постоять и решить, как действовать дальше.
Поэтому я и ушел.
Весь следующий час я шел вперед, изредка сверяясь с картой. Шел строго на северо-запад. Несмотря на предупреждение, я все равно потихоньку приближался к Припяти. Было одно место, хозяин которого мог мне помочь...
Асфальтированную дорогу, которая вела к городу, я пересек примерно часов в шесть вечера. Устал как собака — ноги отвыкли от такого рода марш-бросков. Сам весь вспотел, комары закусали все лицо и шею.
Ощущения были странные.
Удивительно, но я почему-то не слышал ни воя милицейских сирен, ни лая собак. Уж за четыре часа могли организовать прочесывание, да хотя бы просто навести шум. Однако ничего подобного не наблюдалось. И это поставило меня в тупик — почему ничего не было предпринято?
Дорога между Припятью и Чернобылем была абсолютно пустой. За десять минут проехал только одинокий четыреста двенадцатый «Москвич», с пенсионером за рулем.
В сам город я идти не собирался — тут Лисицын был прав на все сто процентов. Засветиться где-нибудь проще простого. Вместо этого я направился к территории атомной станции.
Спокойно пересек редкую лесополосу, спустился в овраг и преодолел по нему метров сто открытого пространства. Дальше было нельзя.
Сел передохнуть и обдумать дальнейшие действия.
Если прочесывание организовано, то меня будут искать по всему району. Но если подключить здравый смысл, можно легко исключить места, где искать точно не будут. Ну какой нормальный человек совершит огромный крюк и побежит прятаться на охраняемую атомную станцию? Правильно, никто.
Именно так я и размышлял. Конечно, могут проявить инициативу и прошмыгнуться везде, но хватит ли у милиции сил на такое мероприятие?
Сейчас, главное, чтобы проникнуть на территорию без проблем. И еще, чтобы нужный мне человек был на месте.
Близился закат. Шарахаться по электростанции в такое время суток глупо — еще заметит кто-нибудь из патруля «вэвэшников». Я точно знал, что по периметру действовало аж восемь патрулей по два человека — у каждого была своя зона ответственности. И вполне возможно, что старшему лейтенанту Паршину могли приказать внести изменения в структуру охраны. Да и помимо военных хватало и сотрудников самой станции, которые работали на открытой территории.
Наконец, слегка стемнело.