Скрипнула входная дверь. Его соседка радостно влетела в квартиру и включила в коридоре свет. Секундой позже она увидела безэмоциональный силуэт своего соседа и засмеялась:
— О! Братец! Опять ждешь меня? Что-то тебе не спиться одному в пустой квартире.
— Верно, не спиться. — Процедил Хоффман. Сегодня он не будет ее отчитывать.
— Фу, вот это да! Ты что, снова пил что ли? Ну ты совсем из ума выжил. Неужели с работы выгнали? Или та медичка отшила? Ох, ты бы поспал, и все пройдет… — Последние слова Хелен повторила как-то не вдумываясь, на автомате. Она открыла дверь в свою комнату и было хотела зайти, но…
— Это ты так спать торопишься, м?
— А, да нет, еще за компом посижу, в чате. А что? — она непонимающе уставилась на своего соседа, чьи глаза закрывали падающие с головы волосы.
— Только разошлись, и уже писаться? Не много внимания?
— Ой, слушай. — Девушка улыбнулась. — Я же тебе говорила. Он понимает меня, и говорить с человеком, который правильно трактует каждое твое слово просто невероятно приятно, правда. — Она вновь улыбнулась. Райт медленно поднял руку и взял свою соседку за запястье. Не больно, но довольно хватко.
— Ты никого не слушаешь. Не понимаешь просьб, себе на уме. Себе на уме, правда? Я очень зол. — Мужчина посмеялся себе под нос. — Хватит с меня. Достаточно. — Он спокойно отпустил ее руку и взял за плечи.
— Так. Человек. Что ты от меня хочешь? Если тебя раздражает, что я не держу слова — окей. Я просто лягу спать. Только не бесись, реально. Я не хочу скандала на ночь. — Хел подула вверх, так, что пара прядей с ее лица поднялись под потоком воздуха.
— Почему ты никогда не называешь меня по имени? — Эти слова Хоффман произнес как-то печально.
— Ну… просто. Ты ж не любишь, как ты сказал? Панибратства? А я не люблю проявлять уважение к тому, к кому не хочу.
— Ты даже не скрываешь того, что не уважаешь меня… — Райт вновь посмеялся, а после, довольно медленно погладил девушку по рукам. — С чего ты взяла, что я не могу тебя понять, м?
— Все просто, ты старый. — Хелен пожала плечами. Врач не понимал, нарывается она, или до нее просто не доходит. Резко он сделал вперед шаг, вжав свою соседку в стену, рядом с дверью. На ее лице в тот момент отразилось непонимание и злость, но она молчала, наблюдав за дальнейшим поведением немного пьяного, злого мужчины. Тот минуту так постоял, и тихо сказал:
— Твой глаз так и не зажил полностью с того раза. Какая же ты дура. — Он медленно приблизил свое лицо к ее, а потом резко дотронулся своими губам до ее. У девушки рефлекторно расширились зрачки. Она стала стараться свести вместе руки и ноги, но ее подняли над полом.
— Да у тебя крыша поехала, старый извращенец! Я… — договорить ей не дали. Ее целовали, довольно мягко, но при этом сильно. Не прерывая поцелуй, он поднял сначала одну ее ногу, а затем вторую. Мужчина держал ее за сгибы в коленях, прижимая к стене. Подойдя на шаг ближе, он немного ослабил хватку ее левой ноги, расстегнув себе ширинку, а затем, довольно быстро извлек оттуда напряженный половой орган. Девушка скривилась и попыталась рассмотреть его, хотя ей не дали.
— Очень хорошо, что на свидания ты ходишь в юбках. — Спокойно произнес Хоффман. Он оттянул ее трусы в сторону, и почувствовал за ними короткие, несбритые волосы. Чуть-чуть улыбнулся. Затем подошел еще ближе и медленно вошел. — А ты врала мне. Никакая ты не девственница, ты маленькая шлюшка. — После этих слов он снова поцеловал ее, на этот раз сильнее и болезненнее. С медленными движениями девушка застонала и выгнулась. Судя по всему, ей было привычно это чувство, однако лицо ее выражало только одну эмоцию — шок. Прерывающееся на стоны отвращение и злость.
Райт сцепил зубы. Противоречивые эмоции сейчас слились в один черный котел и бурлили в нем как на сильном огне. Волны приятных эмоций усиливались с движениями, сквозь волосы он смотрел ей в лицо и был доволен его выражением. Через несколько секунд она почувствовала влагу на своих половых губах, влагу обильную и неестественную, а сперма крупными каплями падала на пол. «Этого мало» — процедил Хоффман, и вжал девушку в стену еще сильнее.
День 13
Утро выдалось необычайно холодным, даже для осени. Первые заморозки не заставили себя долго ждать, люди выходили из домов уже в шапочках и шарфах. Двое, в одном из таких домов уже входили на кухню, собираясь завтракать.
Райт сидел в одних джинсах, на кухне, закинув нога на ногу, медленно читая газету. Хелен стояла у плиты, разливая горячий, не очень вкусный кофе по чашкам. Через минуту Хоффман отвлекся и стал молча следить за ее действиями. Она, не выдержав такой пристальной слежки повернулась и, смотря куда-то в стену, спокойно сказала:
— Расслабься, я не могу иметь детей. Что было, то было. Не надо на меня так смотреть, просто пей свой кофе. — Она спокойно выдохнула, и взяла печенье со стола. Райт, услышав слова с ее стороны, встал, медленно подошел к ней со спины и приобнял: