Все его мысли были направлены в прошлое. Он снова пытался найти правильный ответ за свой поступок, но в который раз не мог прийти к согласию с самим собой. Как Король, а в то время он был принцем в изгнании, за которым охотились, и он понимал, что они все погибли бы много лет назад.
Как любящий мужчина и отец, он категорично откидывал даже саму мысль о неблаговидном поступке. Он должен был спасти их. Только в тот момент он был больше, чем отец: на кону стола жизнь многих Дайвов, его народа.
Эта смелая девочка покорила его сердце, которое сжималось от гордости за неё. Не сломилась, выросла и стала Высшей. Женщина стала Высшей. О таком он читал только в свитках, которые отражали древние времена.
Нет, моя девочка, уже не получится спрятаться. Твое место здесь, рядом со мной. Потому что твой сын — наследник на престол, от которого Эрханстрог эш Ор шир Корон не откажется никогда.
Все разговоры вскоре утихнут и пойдут на убыль, как только её вместе с сыном представят ко двору.
И этот факт нельзя пускать на самотек, слишком завистливые лица могут причинить вред его дочери с внуком. И поэтому незамедлительно необходимо её вернуть во дворец, тем более Дарион, как оказывается, отец его внука.
Этот факт Короля радовал. Значит, он не зря тогда поддержал юношу и отменил союз с другим родом.
Король Серик был не просто обескуражен, а взбешен. Он откинул все притязания, высказанные женщиной. Он сама применила заклинание забвения, сделав Дайвов младенцами. Она защищала сына, а он кого? Он тоже все делал для своего единственного сына. Да, его сын болен и умирает. С этим он старался смириться и все равно искал выходы.
И чтобы не шептали по закоулкам дворца, но он будет до последнего делать то, что считает нужным. Только родовой перстень заставил его застыть на месте. Сколько лет он затратил на его поиски, а он оказался у девчонки.
И сейчас показательный момент намекал ему, что трон под ним зашатался. Король Серик так и покинул зал, все еще пребывая в шоковом состоянии. Во дворце, выпив вина, он устало откинулся в кресле и немигающим взглядом уперся в стену. Через минуту фужер полетел в него. В нем бурлила злость от осознания, что многие потребуют видеть законного наследника, в данном случае наследницу.
Если только предложить Эрханстрогу породниться…, а это хорошая идея. Он даже как-то приободрился, и рука потянулась за вином.
Их союз объединит разрозненные Королевства, тем более она прямой наследник на престол. И этого не отменить. Этим союзом он заставит замолчать недовольных.
Эх, жаль, Роол в свое время отказался от предначертанной, а все бы могло сложиться иначе.
Да и он сам поддержал его, и ещё принял кардинальные решения в отношении девушки. Да, оплошал Солор: если бы не его ошибка, то наследницы в помине не было бы, и никто бы никогда о ней, а сейчас придется разгребать все последствия.
Последнее время Роол всегда был рядом с королем. Принц Велером в который раз терял силы. Роол очень удивился, когда получил данные о вопиющем случае. Он даже засомневался о самой возможности применения заклинания.
Где вообще она его откопала? Он даже не знал о такой возможности. И поэтому с удовольствием принял участие в заседании. «Красивая Дайвочка», — отметил он и не ожидал дальнейших событий.
Он потерял дар речи, когда к нему подплыла Горгулья. Её недобрый взгляд и издевка пригвоздили на месте. Он так жаждал свободы, так мечтал избавиться от увечной. Думал, что это будет как глоток свежего воздуха, но в данный момент он жаждал глоток воды.
Он до последнего не мог принять, что упустил свой шанс. Дайвочка. У него была предначертанной Дайвочка! Роол открыл ладонь и с сожалением посмотрел на кольцо. Может не все потеряно? Нужно просто надеть его на её палец…, но вдруг их кольца окутал свет, и они исчезли, отрезав ему последнюю надежду.
Все время Дарион смотрел на свою амиру, и сердце сжималось от будоражащих чувств. Коктейль эмоций отражались на его лице: растерянность, гнев, злость и любовь.
Теперь он понимал, почему расследование остановилось на девушке Лианы Винсен. Он не верил, что его амира и эта девушка — одно и то же лицо. И теперь разгадка прояснилась.
Когда женщина появилась в зале, он почувствовал притяжение к ней, которого он не мог объяснить, но теперь все встало на свои места. Лиана эш Регон — его любимая. Пусть и изменилась, но не настолько, чтобы вычеркнуть образ той девушки. Она была его любимой, которая родила сына. Его сына!
Он сделает все, чтобы поговорить с ней и все объяснить.
Постепенно зал стал заполняться вначале шепотками, а потом гулом. Все сразу решили высказать свое слово: кто-то возмущался, кто-то сердился, кто-то старался успокоить оппонента.
Воздух словно в раз наполнился недовольством.
Подумать только: она нарушила все правила этикета! Удалилась, даже не услышав разрешения Короля! Впрочем, кто-то сделал вывод из сногсшибательной информации, что никаких последствий для неё не будет.