Они еще немного полежали, тесно прижавшись, друг к другу. Им обоим было хорошо и им обоим было наплевать на окружающую действительность. Они жили сейчас друг другом. Им и слов не нужно было никаких, все и так было понятно для каждого из них. Они знали, что всегда и везде будут вместе и ничто не сможет их разлучить.
Идиллию нарушил негромкий стук в двери. Он вспугнул их и заставил вспомнить, где они.
- Минуточку, я голый. - Поспешил Кирилл отметиться, прыгая на одной ноге и пытаясь попасть в штанину другой.
- Света, глядя на эту клоунаду, смеялась, прикрывая свой рот ладошкой.
- Одевайся скорее, ты чего тут хи-хи устроила - Прошептал Кирилл.
Наконец они оделись, и Кирилл выглянул в коридор. Немного испуганный, он впустил в комнату отца Светы....
Минута молчания! Так можно было сказать, глядя на этих троих, стоящих в нелепых позах друг перед другом. Минута явно затягивалась, но никто не решался сказать хоть что-то первым.
Николай Сергеевич молчал, потому что не знал, что тут происходило, но догадывался. Кирилл просто не знал, что положено в подобных ситуациях говорить. Света же молчала, ожидая, что мужчины сами найдут, что надо сказать.
- Что-то я не пойму что ты тут пигалица делаешь?
Наконец-то решился нарушить молчание Сергеич. Он смотрел на дочь, и ему непроизвольно вспомнилось, как он вытирал ей слезки, когда она, сидя у него на коленях жаловалась на то, что соседский мальчишка ее постоянно дергает за косичку.
Сейчас она не жаловалась. Ее счастливое, одухотворенное лицо говорило само за себя. Глаза сияли и как бы кричали:
- Смотри папа, какая я счастливая, мне хорошо, мне очень хорошо.
Кирилл, наконец, пришел в себя и попытался объяснить Николаю Сергеевичу, чем они тут занимались.
- Это, ну, мы это, мы решили пожениться. - Неожиданно для самого себя проговорил Кирилл. И обрадованный тем, что сказал то, что и нужно в такой ситуации говорить, заспешил:
- Да, точно, мы поговорили со Светой и решили пожениться. Вот сейчас к вам направлялись, чтобы поговорить с вами.... Вы как..., не против?
Сергеич молча смотрел на этих детей и вспоминал, как он просил руки своей жены у ее родителей. Тогда ему казалось, что он вполне взрослый человек и что у него есть специальность, и ему предлагают хорошую работу. Тогда его немного покоробило, как отец жены спросил с издевкой: "А где ты намереваешься поселить свою будущую жену? Ну ладно работа у тебя будет, в Советском Союзе никто без работы не бывает. А вот жить где? На очередь, конечно, встанете, но когда это будет?".
Но ведь выкрутились и прожили вместе всю жизнь. А как эти будут жить? Может тоже спросить, как и меня спрашивали?
- А не рановато ли вы задумали с этим? Серьезное намерение. Создать семью нетрудно, но вот сохранить.... Не знаю, что и сказать вам. Но ты Кирилл молодец. Готов держать ответ за сделанную глупость.
- Почему это глупость? - Тут же встряла Света. - И ничего не глупость. Мы любим друг друга, чего еще надо-то?
- Эх, дочка, дочка. Не понимаешь ты, что любовь в шалаше только до первого дождика хороша. А потом начинаются слезы и попреки. А у нас с вами даже шалаша нет. Цыгане мы. Без дома и Родины.
- Нет Сергеич. Тут я с тобой не согласен. Пусть пока у нас нет своего дома, но Родина есть. Пусть она как следует, в нас еще не поселилась, но это наша Новая Родина. И она нам все даст. Недаром конечно, но у нас есть руки, есть голова. Мы, в конце концов, молоды и нам все по плечу. Мы еще и вам поможем, когда вы совсем старыми станете.
Сергеич внимательно посмотрел на Кирилла и хотел что-то возразить, но потом махнул рукой и сказал:
- А..., делайте что хотите. Раз "женилка" выросла, то значит, пора пришла. Мы с матерью будем рады и поможем чем сможем. Правда я еще не знаю, как на это отреагирует мать, поэтому с женитьбой потерпите до дома.
- Так вы же только что говорили, что дома у нас нет? Что мы как те цыгане.
- Все верно. И у цыган, и у нас, я имею в виду у русских, есть что-то типа правила или даже закона, который прост и всем понятен. Там где стоит твой шатер и в нем тебя ждет твоя женщина там сегодня твой дом. Но прежде все-таки желательно этот шатер поставить и обиходить, чтобы в этом доме тебя ждала любящая тебя женщина, а не рабыня, которой все равно кто ее хозяин, и где он ее будет любить.
- Фу, папа, ну что ты такое говоришь. Ты всегда говорил, что жизнь нужно налаживать с самого начала вместе с любимым человеком. Вот мы с Кириллом и будем ее строить вместе.
Ведь так Кирюша? - И она прислонилась к парню, обняв его за талию, и положив свою головку ему на плечо.
- В чем-то твой батя прав. Я согласен с ним, что нам нужен дом, я не имею в виду строение, и я понимаю, что это просто что-то типа метафоры. Но она сказана с глубоким смыслом, с намеком. Мы все стремимся к конечной точке своего путешествия, даже вроде, как и достигли ее, но все равно еще не определились. Я считаю, что наша со Светланой Новая Родина здесь, и именно здесь мы начнем свою совместную дорогу длиною в жизнь. Может мы, и торопимся стать взрослыми, но обстоятельства нас торопят.