- Не смотри на меня, – смутился Олег. – Я до такого даже под воздействием трезвости не додумался бы. Слушай, здесь нечем дышать, других дверей нет. Это подвал. А если виноват действительно Андрей, то нам лучше поспешить в гостиную. Не зря же Света его шибанула.
- Но как она вообще сюда попала? – развел руками Виктор.
- Телепортация.
- Напомни никогда не звать тебя для мозгового штурма.
- Во время мозгового штурма все версии принимаются. – Олег поднял указательный палец и попытался повторить мимику профессора Бурхатова.
Виктор улыбнулся. Пародии на преподавателей у Олега всегда получались неплохо.
- Пожалуйста… давай уже свалим отсюда, – заныл Олег, натыкаясь на очередную табуретку. – Вернемся к остальным, может, Света что-нибудь вспомнила.
- Согласен... Заодно поищем фонари помощнее. – Виктор еще раз осветил каждый угол помещения, но так и не смог обнаружить ничего похожего на запасной выход. – Выходим.
- Урррааа… – прошептал Олег, поднимая обе руки.
- Иди первым. Я освещаю путь. А то отобьешь себе что-нибудь важное, Вика снова будет на меня волком неделю смотреть, – Виктор вспомнил случай трехмесячной давности.
- Тогда была не Вика. Какая-то другая блонди… – Олег почесал затылок.
- По-моему, ее тоже Вика звали.
- Уверен? – Олег хлопнул друга по плечу. – Да кто ж их всех упомнит!
Олег направился к ступенькам. Виктор последовал за ним. Возвращаясь в гостиную, эти двое надеялись узнать разгадку телепортации Светы. Но вместо ожидаемого обсуждения, увидели лишь нескольких обескураженных друзей.
- Есть новости?! – спросил Виктор.
- Никто ничего не знает, – пожала плечами Катя. – Может, милицию вызовем?
- Бля… Ну можно без этого, – расстроился Олег. Он тщетно пытался вспомнить, куда рассовал свои «снадобья». В первую очередь те, за которые могут влепить значительный срок.
- Света, ты точно не видела похитителя? Он должен быть силен и, скорее всего, находится сейчас здесь, – озвучил свои мысли Виктор.
- Не видела. Последнее, что помню – комната, кровать… А потом – это жуткое место, рядом тело, кровь. – Света поежилась и растерянно пожала плечами.
- Андрей?.. – Виктор вопросительно посмотрел на Искрина.
Потянувшись за бутылкой с водой, тот задумался. Последние минуты он тщательно обдумывал каждый кусочек головоломки, но паззл отчаянно не желал собираться. Единственное разумное объяснение – нападение было совершено им самим. И, заглянув в глаза Виктора, он понял, что не один пришел к такому заключению.
- Я просто спустился в подвал, – произнес Андрей, отпив из бутылки. А затем подробно изложил все, что случилось, пока студенты ожидали его возвращения.
Глава 4. Подсматривающий
Мальчик Петя всегда выделялся своим любопытством. Активный, веселый, слишком свободолюбивый, он никогда не мог пройти мимо того, что хоть как-то выделялось на фоне повседневной обыденности.
И это было проблемой. Синдром дефицита внимания, очередной надуманный диагноз современных психологов, легко оказался бы в карточке Пети, если бы не пару «но» – шестидесятые годы двадцатого века и нежелание родителей вести ребенка к врачу.
Ведь если проблема кроется в воспитании, необходимо участие общества. Общества, которое поможет Пете понять свои ошибки и объяснит его родителям, что некоторые дети требуют особого внимания.
Люба, мать мальчика, очень переживала, когда получала очередное «приглашение» в школу. В эти моменты она переставала думать обо всем, кроме поведения сына. И Петя был доволен. Даже несмотря на повышенный тон и угрозы, он радовался, что может быть услышанным.
Если бы не отцовский ремень, Петя, скорее всего, и дальше продолжал бы свои выходки. Однако Игнат Петрович не собирался вновь оказываться в центре внимания коллег.
Это случилось всего однажды. Два года назад после слов о необходимости развода. Но этих двух недель всеобщего порицания явно хватило, чтобы Игнат Петрович передумал уходить из семьи.
Вот только счастливее он не стал. И теперь для того чтобы разозлиться, ему хватало пары неприятных слов.
Всего пара слов. Но они вполне могут отвлечь от мечты о другой жизни. Жизни, в которой не было Пети. Жизни, в которой Игнат Петрович нашел хорошую женщину. И у них были нормальные дети, правильные, усидчивые.
Счастье без притворства казалось навсегда забытым. Конечно, можно было переехать, сменить работу. Но Игнат Петрович не хотел терять то, ради чего всю жизнь «пахал, как проклятый».
Так что Пете приходилось ежедневно терпеть раздражение отца и перемены настроения матери. К счастью, улицы города предлагали множество хоть и однообразных, но все же крайне необходимых мальчику развлечений.
Игры с друзьями порой затягивались до поздней ночи. И в течение какого-то времени Петя даже перестал докучать учителям, что привело к полному отсутствию контроля со стороны родителей.
Пока однажды он не повстречал Бешеного. Именно это имя Петя использовал в своих записях. И хоть история их знакомства была ограничена всего минутой времени, после этой встречи все изменилось.