И хотя в обычных обстоятельствах это было бы самым приятным, что для меня когда-либо делали, он отказался дать мне уйти, пока я не съела все, что лежало на моей тарелке.
Потому что, ну, знаете, дети голодают по всему США. Кроме того, он хотел, чтобы я сохранила свои формы.
Ладно, возможно, это была хорошая часть моего утра.
Но все быстро покатилось к черту после того, как я взяла свою сумку и направилась к лифту.
Либо Миллер смотрел в дверной глазок, поджидая, когда же мы выйдем, либо я самый невезучий человек на свете.
Сначала я услышала, как открылась дверь.
Затем почувствовала запах его одеколона.
Этот аромат отличался от того, каким он пользовался в школе, но почему-то мои ноги все еще подкашивались, а сердце колотилось немного быстрее.
Санчес властно обнял меня одной рукой и потащил в лифт, но придержал двери для Миллера.
— Забавно, — сказал Миллер, казалось бы, сам себе.
Мои губы дернулись, а потом, возможно, из-за завтрака, а может от того, что у меня была ужасная ночь, я почувствовала, как у меня сжимается сердце.
И я рассмеялась. Сильно.
Оба парня смотрели так, словно у меня только что выросла вторая голова.
— Не обращайте на меня внимания, — вытерла слезы я. — Я смеюсь, когда мне становится неловко.
— Какого хрена? — Санчес покачал головой. — Что в этом может быть неловкого?
— Она рассмеялась на похоронах своего дедушки, — почувствовал необходимость добавить Миллер.
Санчес усмехнулся.
— Серьезно?
— Мне пришлось дать ей носовой платок и встать рядом, чтобы люди думали, что она просто очень сильно всхлипывает, а не то, что она бессердечная. — Миллер говорил это со злостью, но я помнила этот момент и он, наверняка, не забыл, что держал меня за руку. А еще он тогда задрал вверх мою юбку, по крайней мере, до середины бедра, чтобы меня отвлечь.
Прошлое
В лифте раздался звуковой сигнал.
Я слегка дернулась и взглянула на них обоих, полностью осознавая, что мои щеки стали розовыми, а дыхание слегка затрудненным из-за воспоминаний.
Гневное выражение лица Миллера сменилось на… проницательное. А между парнями что-то изменилось. Понятия не имела, что именно.
Когда двери лифта открылись, Санчес пропустил меня вперед, а затем Миллера. Я могла поклясться, что слышала, как Миллер пробормотал: «Первое очко в мою пользу», когда он направился к своему «Мерседесу».
Санчес потер челюсть, словно его только что ударили.
— Все в порядке? — спросила я. Мне потребовалось много сил, чтобы не оглянуться назад, когда Миллер завел свою машину.
— Да. — Санчес схватил мою свободную руку и поднес ее к своим губам. — Сколько лет вы были друзьями? Только в старших классах, да?
Я сглотнула.
— С тех пор как нам исполнилось семь.
— Вот дерьмо.
— Что?
— Ничего. — Его сексуальная улыбка выглядела натянутой. — А теперь, тащи свою симпатичную попку в мою машину, чтобы я мог отвезти тебя на тренировку. Если твой тренер нас увидит, просто скажи, что твоя машина не завелась, и я был единственным доступным рыцарем в сияющих доспехах.
Я закатила глаза.
— Ты больше похож на парня, который убивает рыцаря в сияющих доспехах, а затем надевает упомянутые доспехи и похищает девиц.
Он откинул назад голову и рассмеялся.
— Видишь? Мы уже лучшие друзья, а прошло всего два дня.
Я отвела взгляд.
— А я думала, что ты хотел всего лишь секса.
— Лучшие друзья, которые занимаются сексом. Именно секс делает «лучшую» часть в словосочетании «лучшие друзья»… лучшей. — Санчес выехал из гаража и включил музыку. — А теперь, пообещай, что мы сходим на свидание на этой неделе.
— Нет.
— Пожалуйста?
— Когда ты вежлив, это звучит странно.
Санчес еще раз рассмеялся.
— Тебе бы больше понравилось что-то вроде: «Сучка, ты идешь со мной!»?
Мы оба рассмеялись.
— Пожалуйста, больше никогда так не говори. — Я проверила свой телефон и запаниковала. — Дерьмо!
— Что? — побледнел он.
— Если мы не приедем через пять минут, меня заставят бегать.
— Черт, нет. — Он надавил ногой на акселератор, из-за чего мне показалось, что мое тело осталось на расстоянии в пяти километрах позади нас, а машина двинулась в сторону стадиона. — Я не позволю им отнять у меня эту задницу.
Итак, мое утро началось плохо.
Но после этого комментария?
Точно. Все пошло на лад.
♥♥♥
— Ты покраснела, — прокомментировала Кинси после тренировки.
Я проглотила оставшуюся воду и вытерла рот тыльной стороной руки.
— Думаю, после этой тренировки мы все красные.
— Хм, я на это не куплюсь. — Кинси в подозрении прищурила глаза.
Я закатила глаза.
— Соблазнительные Изгибы! — закричал Санчес изо всех сил, привлекая внимание каждого человека на стоянке.
Великолепно.