– У неё появилась маленькая девочка, правда, папа? – поддержал Дэвид, подбежав к нам и потеряв мяч где-то по пути.
– Да, именно так. И мама хочет посмотреть на ребёнка. Поэтому мы все туда собираемся, – объяснил я.
На секунду крошечные брови Дина, нахмурившись, сошлись вместе.
– А что, если всё-таки врачи захотят поставить мне укол в руку?
Мда, а что бы вы ответили ребенку, который перепугался во время теста на аллергию? Я увидел его скорбный взгляд, чувствуя его боль в своей собственной груди, вспомнив пытки, когда удерживал его руки.
– Ты не должен бояться, Дин, – сказал Дэвид, и меня удивило, когда он схватил его мешковатые джинсы и подтянул их до пояса, а затем положил одну руку на плечо брата и торжественно посмотрел ему в глаза. – Я буду защищать тебя от врачей.
Лицо Дина мгновенно озарила улыбка.
– Ты будешь с ними бороться, если они попытаются сделать мне больно?
– Да. И если ты не наблюёшь на меня в машине, то получишь половину моего мороженого.
– Мороженого? – спросил я с усмешкой и потрепал волосы Дэвида. – Кто сказал, что сегодня будет мороженое?
Он улыбнулся, и всё озорство моего собственного детства мелькнуло в его глазах.
– Ты всегда покупаешь нам мороженое, когда мы выходим из больницы.
У ребёнка было своё объяснение, хотя это просто наш с Сьюзан способ компенсировать любые достающиеся им уколы. Но если его трактовка правил говорила о мороженом, я не стану возражать.
– Хорошо, значит мороженое! – Я поднял Дина себе на руку, а другой взял Дэвида за руку. Вместе мы зашли в дом на поиски мамы, чтобы мы смогли, наконец, отправиться в город и посмотреть на новорожденного.