А действительно, как? Нужно сказать, что на чужбине Александра сильно изменилась. Живой подвижный характер, острый язычок и вольнолюбивый нрав не могли по определению способствовать счастливой жизни с таким тяжелым человеком, которым на поверку оказался Блок. К тому же именно в семейной жизни расцвели тайные стороны его души: беспричинная ревность, угрюмость, подозрительность и вспыльчивость. Он видел в Сашеньке не жену, не любимую женщину, а создание, находящееся целиком и полностью в его власти и принадлежавшем только ему и в делах, и в мыслях. В этом мрачном усадебном доме, находящемся в предместье Варшавы, при закрытых ставнях, муж изводил Александру своими подозрениями, устраивал ей жуткие сцены и даже частенько избивал молодую женщину, искренне считая, что действует исключительно ей во благо. Сашеньке не позволялось не только иметь приятелей и подруг, но и без ведома мужа покидать дом, более того – вскоре она поняла, что иметь собственное мнение, и уж тем более отличное от мнения мужа – тоже непростительная вольность.
Но бывали в их совместной жизни и иные дни. Тогда Блок становился нежен, дарил жене подарки, уверял в своей неземной любви и, стоя на коленях, просил прощения за все безумства. Однако стоило Сашеньке не так посмотреть на него, как в только что нежного и любящего мужчину точно бес вселялся. Голос становился жестким, потом угрожающим, взгляд безумным, он осыпал ее страшными упреками, переходящими в оскорбления, и в итоге им овладевала безумная ярость, лавиной обрушивающаяся на молодую женщину. Саша стала до смерти бояться мужа, вместо яркой и страстной любви, которую она поначалу к нему испытывала, появился липкий жуткий страх, охватывающий ее все сильнее и сильнее. Блок внушал ей неподдельный ужас. И она уже не видела выхода из этой жуткой ситуации.
Точно услышав ее молитвы, Бог протянул ей руку помощи. В 1880 году Блоки возвращаются в Петербург, где молодой юрист должен был защищать магистерскую диссертацию. В том, что защита пройдет блестяще, Саша ни секунды не сомневалась. И, как потом выяснится, оказалась права.
Когда же она переступила порог родного дома, близкие пришли в ужас, настолько она изменилась. Да, конечно, она снова была беременна… Тяжело переносила свое положение, но все же… После долгих расспросов Сашенька призналась в том, как на самом деле протекала ее семейная жизнь. Профессор был потрясен. Его дочь! Девочка, с которой они сдували пылинки! Да как он посмел!
Блок к тому времени снискал себе славу ученого. Его работа «Государственная власть в европейском обществе» имела огромный успех, он стал первым социологом, который писал о классовой борьбе. Но вот цель достигнута, защита прошла на ура, и пришла пора возвращаться в Варшаву. Бекетовы настаивают, чтобы Саша осталась дома. Как Блок ни упорствовал в своем желании увести жену с собой, профессор был непреклонен. Отцу будущего поэта пришлось уехать одному.
И вот когда Александра Андреевна окончательно рассталась с мужем, 28 ноября 1880 года родился мальчик – плод этой любви и ненависти, мальчик, который позже стал символом целой эпохи и с чьей смертью прекрасная и романтичная пора, которую мы называем Серебряным веком русской поэзии, безвозвратно канула в Лету. Его жизнь и его смерть словно разделили время и нашу жизнь на две половины. На до и после. И ничто уже не могло этого изменить. С его смертью ушел в прошлое целый мир, который остался только в воспоминаниях тех, кто его знал.
Звали этого мальчика – Александр Блок.
Глава 2
Отчий дом
О детстве Блока написано очень много. Пожалуй, не стоит повторять общеизвестных фактов. Заключаются они в основном в том, что в доме Бекетовых души не чаяли в Сашуре. Тетушки, бабушка, няня, и, конечно, дорогая безумно любимая мама. Женщины, о которых потом он скажет:
Действительно, они старались исполнять все его желания. В доме царил самый настоящий культ маленького Сашуры. А солидный профессор, ректор Петербургского университета, превратился в дедушку, готового выполнять любые прихоти обожаемого внука. Он стал для Саши первым другом, играл с ним в лошадки, водил мальчика смотреть на корабли, которые внук просто обожал.