- А мама? - ну вот не может Литвинова так запросто сдаться. Хотя стоит заметить, сейчас она задала весьма разумный вопрос.
- А что мама? - ну не могу я так просто сдаться и не прикинуться лишний раз дурочкой. Так, в целях проверки на эффективность данного метода в дальнейшем.
- Я как-то сомневаюсь, что Татьяна Ивановна способна последовать твоему примеру и так запросто забыть о парне, которого она внесла в первые ряды списка потенциальных зятьев, - хихикнула подруга, внимательно изучая меня проницательным взглядом, при этом словно мысленно продолжая фразу, что я тоже не так уж просто смогу забыть о Стасике.
- Ир, ну что впервой что ли? - отводя глаза куда-то в сторону входа, как можно равнодушнее отмахнулась, - наплету чего-нибудь, и рано или поздно маме придется забыть о Стасе.
- Ну-ну... - как-то не очень уверенно протянула Литвинова, повертев в руке пустую чашку.
И словно в подтверждение её слов, где-то на дне моей сумки зазвонил мобильный телефон. Характерная мелодия говорила только об одном, что звонить может только один единственный человек. Как будто знает, о ком говорят. Вот это чуйка у человека! Можно только позавидовать.
Судя по злорадной улыбке, в которой расплылась моя драгоценная подруга, она подумала примерно о том же. А я, нахмурившись и пригрозив ей кулаком, как недавно делала она сама, наигранно расплываясь в довольной улыбке, словно меня могли видеть, разговаривая по телефону, и нажимая кнопочку приема вызова, приторно сладко протянула:
- Привет, мамулечка!
- Доч, привет, это твоя мама! - да уж, то-то я думаю, кто же еще мне может звонить из телефона мамы и разговаривать её голосом, притворяясь ею.
Вот порой удивляет меня логика окружающих людей. Иногда думаю, может это я такая странная? Ну не может же окружать одного человека столько "гениальных" личностей одновременно.
- Ты там одна, или со Стасиком?
Или все же могут?
- Мам, я вообще-то в институте, - недоуменно закатив глаза, стараясь сдержать свои порывы возмутиться, отметила с долей раздражения, - Стасик тут причем?
- Ну как же... - казалось мама и сама не поняла причем, и пыталась подобрать веские аргументы, почему же Стасику быть сейчас со мной, - вы же вроде как того... дружите. И ты сама говорила, что учитесь почти что вместе, вот я и решила...
- Нет, мамуля, я не со Стасиком, - процедила сквозь зубы, стукнув ладошкой по руке Литвинову, что уже во всю скалилась и хихикала надо мной, - я с Ирой.
- Да? - неуверенно переспросила мама, и после недолгой паузы, которую я нарушать не смела, ибо боялась, что не сдержусь и вывалю ей все, как на духу, продолжила, - я тут вообще чего звоню-то... Ты же знаешь, что в пятницу у нас с папой годовщина свадьбы...
Так-так... а вот этот мне совсем не нравится! Нет, не сама дата. А то, что мама хочет этим сказать. С чего это такой заговорщицкий тон и оборванные на полуслове фразы? Ой, неспроста все это! Чую самым мягким местом, последнее время так и норовящим влипнуть в новые и новые приключения...
- Целых... ой, аж страшно представить... - тем временем продолжала мама, - целых двадцать лет терплю твоего папочку... - о-хо-хо, а вот тут очень даже спорный вопрос, кто и кого терпит. Но только маме об этом лучше не говорить. Себе же дороже.
- Мам, я знаю, - решила оборвать причитания и перейти, наконец, к делу. Ведь тут хоть оттягивай, хоть нет, предстоящей "казни" не избежать, - ты звонишь, чтобы напомнить мне не забыть вас поздравить, или что-то конкретное?
- Доча, что ты такое говоришь... - состроив обиженный тон, протянула мама. Ага, так я и поверила. И она, подтверждая мои мысли, тут же с воодушевлением добавила, - мы решили посидеть дома. В чисто семейном кругу. Так что в пятницу ждем тебя к шести дома.
Я едва ли не вздохнула с облегчением. Неужто пронесло? Но не тут-то было.
- Со Стасиком, - тоном, не терпящим возражений, сказала, как отрезала, мама.
Вот те раз! С каких это пор Стасик стал входить в круг нашей семьи? Округлив от удивления глаза, я хотела было просветить в этом любимую мамочку, но...
- И возражения не принимаются! - предполагая мою возможную реакцию, поспешно выпалила мама, и, попрощавшись, быстро отключилась. Заставляя меня несколько мгновений возмущенно хватая ртом воздух, словно рыба, выброшенная на берег, слушать короткие гудки.
- Чего там? - вмиг посерьезнев, заметив перемену моего настроения, шепотом переспросила Ирка, выводя меня из ступора.
- Мама, - невольно пожала плечами, отводя телефонную трубку от уха, и с недоумением глядя на потухший экран.
- Что она хочет? - в ожидании ответа Ирка казалось, даже затаила дыхание. Хотя готова поспорить по одному лишь моему выражению лица, она все поняла.
- Ждет в пятницу меня на ужин, - отметила как бы между прочим, и, вздохнув, повторила не так давно услышанные от мамы слова, - со Стасом. И возражения не принимаются.
- Так это же здорово! - после недолгой паузы, воскликнула Литвинова, едва ли захлопав в ладоши. И резко подхватилась из-за стола, увлекая меня за собой.