«Да так… типаж у вас знакомый. Красивый, тупой, молодой человек. Истинный член клана. Но речь не о том. Вы, наверное, приехали за мной? Чтобы спасти бедную несчастную девочку из лап маньяка и отвезти к обратно к отцу?»
«Да!»
«Забудьте об этом. Меня не нужно спасать. Мы с Вебером любим друг друга и будем вместе. Нет, нет, ничего не говорите. Я сама все знаю. И да, у вас приказ – я не хочу подставить вас. Дайте телефон. Я запишу для папочки видео…»
- О чем ты говоришь?! – Взорвался Карлос, но Дэв уже вышел, плотно прикрыв за собой дверь, бросив: «я подожду в коридоре».
Карлос немного успокоился, задумчиво покачав флешку на ладони. А потом медленно вставил ее в огромную плазму, висевшую на стене. И нажал на кнопку. Никогда еще ему не было настолько страшно…
На экране возникло дышащее молодостью и нежностью, лицо Софи. Упрямый подбородок – весь в него. Темные, как маслины глаза, горящие сейчас ярким огнем решимости. Они всегда были очень близки с дочерью. Понимали друг друга без слов. Софи с самого детства делилась с ним своими проблемами, а Карлос никогда не отмахивался от нее, хотя они чаще всего были мелкими и пустяковыми. И казались смешными ему – взрослому, серьезному главарю клана. Но он решал каждую проблему, сам. Начиная от починки любимой куклы, у которой соседский мальчишка оторвал голову. До серьезных - походов к психоаналитикам, психологам, психиатрам. После того, как Софи несколько лет назад украли из их напичканного охраной особняка, и держали в плену с целью выкупа. Карлос не верил сейчас, что Софи нет рядом с ним. Мозг отказывался воспринимать такой простой факт – его маленькая девочка выросла. И готова принимать взрослые самостоятельные решения…
«Папа!» - Карлоса дрожь пробила от такого родного голоса. От экспрессии, что слышалась в нем. – «Папа, я благодарна тебе за все. Ты самый лучший отец в мире. Мы с тобой всегда были командой. Ты всегда понимал меня, принимал такую, какой я была. Неидеальной, вспыльчивой, легко впадающей в депрессию. Мы связаны с тобой, как никто в мире. Но пришла пора оборвать эту связь. Это не означает, что я прекращаю тебя любить. Это просто значит, что мне пора уходить… от тебя, к нему. К тому мужчине, которого я выбрала сама. Не он меня, как ты мог подумать, нет. Я пришла к Берту по доброй воле, и осталась с ним. Не надо меня спасать от Вебера, папа. Я люблю его. А он любит меня. Наш хорошо вместе. Я понимаю, что ты боишься за меня. Считаешь его опасным. Но поверь… Берт никогда не причинит мне вреда. Прости, папа, но я уезжаю… с ним. Далеко. Туда, где ты не найдешь ни его, ни меня. Со временем, я уверена, ты смиришься. Примешь мой выбор. И тогда я вернусь к тебе. Но не одна. А вместе со своим мужем… А, папа. Хочу попросить у тебя прощения от лица Альберта. Помнишь, ту флешку с компроматом? Так вот… Она не настоящая. Она подставная. Альберт не отдал тебе ее тогда, в обмен на Дэва. Он оставил ее себе. Прости, прости, но это наш билет с ним в новую жизнь. Эта флешка попадет в хорошие руки. Тебе никто не причинит вреда. Я обещаю…»
- О, Софи… - Бессильно застонал Карлос, уронив голову на руки. Невыносимая душевная боль терзала его сейчас. Софи не оставила ему права выбора. Она ушла сама… но обещала вернуться. Когда-то. Через время. И в глубине своего черствого сердца, Карлос знал – он будет ждать свою девочку. Неважно, одну, или с мужем, с чертом, с дьяволом… Главное, чтобы она была с ним счастлива. Но не дай небо, Вебер обидит ее!
- Тогда я переверну землю и недра, но найду твоего пианиста. И уничтожу, поняла? – Прошипел сам себе Карлос. – У него будет один шанс сделать тебя счастливой. Всего один! Я надеюсь, ты вернешься, Софи. Мне плевать, одна, или с пианистом. Ты, главное, возвращайся скорее…
Глава 128
Прошла неделя после спасения…
- Доброе утро, милая. – Я что-то промычала в ответ, не открывая глаз, услышав негромкий голос Дэва. Как он может просыпаться в такую рань?! Ума не приложу… Пять утра, солнце еще не встало… А, ладно, встало и нахально светит через прозрачные стекла. Но я не собираюсь просыпаться.
- Спишь еще? Даже поцелуй не подаришь? – Не открывая глаз, я потянулась к Дэву, чтобы обнять. Прижать к себе. Ответить на нежный поцелуй, замотавшись в тонкие белоснежные простыни. Уже неделю мы засыпали и просыпались вместе, а я так и не привыкла к тому, что мы теперь – пара. Официальная пара. Правда, когда Дэв заговаривал о свадьбе, я немного напрягалась и меняла тему. Не потому, что не хотела, нет. Желание быть с Дэвом было настолько сильным и острым, что у меня темнело перед глазами. Но… Перед моими глазами каждый раз вставал Гор. Его красивое, искаженное гневом лицо. Его сверкающие бешенством глаза. Я – его маленькая девочка. Любимая игрушка, которой он дал свободу… Ненадолго. Но срок годности этой свободы вот-вот истекал. Я знала, что еще немного, и мой телефон зазвонит, и я увижу на нем знакомое имя: «Алекс…»