Через покосившийся забор перелетели наши оборотни и кинулись в драку. Запах крови и боли витал в воздухе. Я давала Вардану силы, стоя тут зажатая стражниками, я все равно словно находилась в гуще событий. Могла видеть бой его глазами. Мы вместе с ним вонзались зубами в тело врага и рвали его. Во рту ощущался вкус горькой плоти, пропитанной отравой.
«Битва бесполезна!» — как молотком стучало в голове. Надо уничтожать корень зла. Только как? Из кучи окровавленных тел отделилась тень и в мгновение ока исчезла. Кажется, никто этого не заметил кроме меня. И мы с мужем теряли силы. Он пил из меня энергию для битвы, и приходила слабость. Силы нас покидали, и все впустую.
Дядя победил Дамира, связав наши энергии. Значит и сейчас мне надо попытаться сделать нечто подобное. Я нашла взглядом Дария, мысленно дотронулась до него, зазывая в наш круг, потянулась к оборотням, переплетая в себе жар и холод. Сила заструилась по мне, внутри меня, наполняя до отказа, и я отдала им назад свою энергию, образуя некий беспрерывны круговорот. Я стала звеном, соединяющим нашу цепь.
Мир утратил привычные краски, я слышала, улавливала запахи, все ощущалось острее на неком ином высшем уровне, глаза были сейчас не нужны. У нас открылось второе дыхание, мы могли сделать невозможное, действуя как единый слаженный механизм, наперед зная ход каждого союзника. А полумертвые воины наоборот стали уступать, теперь они казались гораздо слабее.
У нас получилось, мы победили. Умирая, они падали как куклы, у которых кончился заряд, без криков и каких либо эмоций. У нас потерь не было, лишь раненные. И только я решила, что теперь-то мы уже легко справимся с Деном, как он хлопнул в ладоши, и откуда-то из-за деревьев к нам начала приближаться новая армия полуживых.
Правда, они не нападали. А только оттеснили Вардана с волками и Дария. Замерли в ожидании следующей команды от хозяина.
— Неужели ты действительно решила, что у меня столь малая армия моих подопечных? — он был доволен произведенным на нас эффектом, по бледному лицу проскользнуло что-то наподобие улыбки.
— Ден! Зачем ты это делаешь? — решила попробовать разговорить и отвлечь его, только бы не дал команду нападать снова.
— Каждый из них заслужил смерть, Николь, — он смотрел на меня стеклянными глазами, там не было ничего живого, и в тоже время, это был человек, в какой-то извращенной форме. — И я иссушу их, заберу энергию, и потом разрешу растерзать их тела. Они уже трупы, только еще не осознали этого.
— Кто ты такой? Откуда столько ненависти?
— Как думаешь, сколько мне лет? — Ден подошел ближе, остановившись на расстоянии вытянутой руки от меня.
— С тобой я уже боюсь что-то предполагать. Раз ты, так спокойно из старика превратился в молодого парня.
— Мне сто восемь лет, — он оскалился, наслаждаясь произведенным эффектом.
— Но… как? — в голове такое не укладывалось, ведь он не был вампиром или оборотнем.
— Я уникален, Николь. И ты променяла меня вот на это, — он презрительно махнул рукой в сторону Вардана. Муж стоял, зажимая рукой рану на боку, а Дарий его поддерживал, не давая упасть. Рана не была смертельной, но он был вымотан, приняв на себя, основную часть нападавших.
- Ты… — хотелось сказать, насколько он ужасен, но я прикусила язык, решив не злить это нечто еще сильнее. — Как ты стал таким?
— Что ж поделюсь своей историей. Вы будете первые, кто все узнает, от начала и до конца, и вы же и унесете мою тайну в иной мир, — в глазах промелькнуло что-то похожее на сожаление. Он был одинок, упивался властью, а разделить ее было не с кем.
— Расскажи, Ден, — я постаралась, чтобы мой голос звучал миролюбиво. Пусть лучше говорит, чем приступает к действиям.
— Я родился обычным пацаном, хилым, худым. Рос в маленькой деревеньке, мать с отцом работали на полях. Нас было в семье четверо, жили как все, ни лучше, ни хуже. С ранних лет у меня была одна тяга — знания. Я перечитал все доступные книги, сидел на уроках и впитывал, то немногое, что могли дать сельские учителя, — тут он скривился, и на несколько секунд замолчал. — Что меня ждало? Пахать на полях, как мои родители? Завести жену, растить детей? Уже тогда я понимал — мой мозг уникален, его нужно питать, взращивать. Никто не понял в деревне, когда по окончании школы, я собрал вещи и уехал в город, — он зло усмехнулся, на лице читалась ненависть. Видно она в нем жила с самого рождения, вместе с его умственными способностями.