Читаем Невинная Настя или 100 первых мужчин полностью

А у моего папы и правда есть оружие. Женя начал папе говорить, что он меня любит. Мне от этого чуть плохо не стало. Во-первых, мой папа не терпит таких пьяных придурков. А во-вторых, он видит, что мне этот мальчик не ровесник, а намного старше. И папа говорит:

— Смотри, я тебя сейчас с лестницы спущу!

Женя ушел, папа мне говорит:

— Нет бы он пришел с букетом роз, с подарком. Мы бы зашли, посидели, выпили. А то, козел такой, приперся пьяный!

И мне, конечно, стыдно перед отцом. На следующий день Женя звонит и просит прощения:

— Настя, ты извини, я напился.

Почему это у них такое оправдание, непонятно. Если ты напился и спьяну сделал какую-то дурь, то вдвойне дурак — и что напился, и что пьяный себя контролировать не умеешь. Правильно я говорю? А у них считается, что если он пьяный, то ему это как оправдание. Дурдом какой-то… Ладно, я пару раз сделала вид, что не хочу его ни видеть, ни знать. А когда он позвонил в третий раз, говорю:

— Хорошо, я тебя прощаю. Но ты должен как-то искупить свою вину.

И он в качестве извинения приглашает меня к себе в гости. А живет он с папой, братом и бабушкой. Но у них большая четырехкомнатная квартира. Я прихожу, и мы садимся в его комнате, начинаем смотреть какой-то фильм. Он видит, что мне скучно, и говорит:

— Давай, Настенька, я тебя развеселю.

И включает на компьютере диск, а там музыка. Я говорю:

— Ба! Какая музыка красивая! А что это там еще шумит? Это деньги сыплются?

Он говорит:

— Настенька, это не деньги сыплются, это прибой шумит.

Хм, шумит, и ладно. С Женей я не спала, а делала ему только минет. И вот после того, как я сделаю ему минет, я лежу на кровати, а он становится передо мной на колени, начинает целовать мои ноги, колени, выше, живот, грудь. А я лежу и думаю: ну, нравится мальчику меня целовать — и без проблем! Пусть радуется… На самом деле в Жене мне нравилось только то, что он был более-менее симпатичным. Хотя одевался в какие-то непонятные джинсы. А я любила, чтобы парень был в брюках, чтоб на нем был пиджак с галстуком. И Боря, его друг, это сразу просек. Он приходил на свидания всегда в галстуке, в таких красивых стильных костюмах и с белым шарфом. Ну, это меня сначала про" сто с ума сводило! К тому же он был очень интеллектуальный, начитанный, мог поддержать любой разговор. Хотя чувствовалось, что говорит он все это не от души и не потому, что так думает. А потому, что ему хотелось произвести хорошее впечатление. То есть Борина тактика была идеальной, каждый шаг спланирован, речь отточена. Он делал мне такие замечательные комплименты! Да, поверьте мне, все было в нем безукоризненно, и в то же время чувствовалось, что все это блеф. Есть, оказывается, такие люди на свете — снаружи очень интересные, даже романтичные, а внутри один холод и расчет. Я, слава Богу, с этим быстро разобралась и предпочла Женю, мы встречались с Женей месяца три-четыре. Но я не хотела с ним спать. Не знаю почему. У меня не было к нему отвращения, просто не хотела, и все. А когда ему было уж совсем невтерпеж, я делала ему минет, и ему это правилось, он меня за это любил. А поскольку я привыкла всегда все делать хорошо, то я и это стала делать замечательно. А Женя по гороскопу Лев. И я знаю, что Львы, если чего-то захотят, всегда этого добиваются. Я ему говорю:

— Мальчик мой, ты работаешь в автосервисе, вкалываешь, как папа Карло. Давай я тебе помогу. Поступай в институт, у моих родителей есть связи…

А он — нет. Он уперся как баран и говорит: не пойду я учиться, и все! Ну нет, так нет. С такими тупарями мне общаться неинтересно. Представляете, мне четырнадцать лет, ему двадцать один, но он настолько глуп, что сидит и говорит:

— Настенька, расскажи что-нибудь, а то мне с друзьями поговорить не о чем.

Я в шоке. Как это, чтобы с друзьями не было о чем поговорить? Ну, мы и расстались с ним. Я от него ушла с большой практикой минета.

8

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дом учителя
Дом учителя

Мирно и спокойно текла жизнь сестер Синельниковых, гостеприимных и приветливых хозяек районного Дома учителя, расположенного на окраине небольшого городка где-то на границе Московской и Смоленской областей. Но вот грянула война, подошла осень 1941 года. Враг рвется к столице нашей Родины — Москве, и городок становится местом ожесточенных осенне-зимних боев 1941–1942 годов.Герои книги — солдаты и командиры Красной Армии, учителя и школьники, партизаны — люди разных возрастов и профессий, сплотившиеся в едином патриотическом порыве. Большое место в романе занимает тема братства трудящихся разных стран в борьбе за будущее человечества.

Георгий Сергеевич Березко , Георгий Сергеевич Берёзко , Наталья Владимировна Нестерова , Наталья Нестерова

Проза / Проза о войне / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Военная проза / Легкая проза
Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее