На полу лежал разорванный пиджак Михаила, во внутреннем кармане которого должен был находиться его сотовый. Среди нескольких разбитых икон, беспорядочно валяющихся на бетонном полу, Михаил увидел тело человека, одетого в черную рясу. По всему видимо это был служитель церкви, где очнулся Михаил. Тело священника лежало в неестественно позе, словно его ломали и вертели. Все его лицо и тело до самых пяток было словно разрезано горячим предметом. Глаза были открыты и смотрели вверх под самый купол храма.
Михаил инстинктивно посмотрел вверх неосознанно понимая, что стеклянные глаза священника уже ничего не видят. Сверху на него обреченно глядел огромный лик творца, нарисованный на потолочной фреске в хороводе небесных облаков.
В голову приходил только один более-менее вероятный сценарий вчерашних событий. По какой-то причине Михаилу пришлось укрыться от мега-грозы в этом храме, ближайшем здании от места, где его застала буря. Вероятно, удар шаровой молнии, случайно (или нет?) залетевшей в здание церкви что-то сделал и с ним, и со священником. Может они просто оказались рядом с друг другом? А может эта шаровая молния детонировала взрыв, и они оба пострадали в той или иной степени? И этот взрыв вызвал у него временную амнезию? У Михаила были только догадки и бессмысленные рассуждения.
Наконец в его сознание стали приходить рациональные мысли. Необходимо в нагрудном кармане пиджака найти телефон и как можно скорее вызвать себе скорую помощь. Михаил медленно дошел до ближайшей скамьи и аккуратно, продолжая морщиться от боли присел на нее рядом с меховой детской игрушкой в виде маленького медвежонка.
"Наверное, хороший был человек, этот батюшка, если впустил меня ночью, незнакомого человека, в этот храм переждать грозу, - подумал вдруг Михаил, - и еще не понятно, откуда здесь столько птичьих перьев?"