Выглянувшее из-за горизонта солнце лизнуло корму флайера как раз в тот миг, когда показался посёлок на берегу озера. И тотчас полыхнуло справа, разрывая утреннюю туманную дымку. Майка ойкнула, испуганно показала пальцем.
- Вик, что там?
Он покосился на всплывающее из тумана грязное облако дыма. Найгиль начала приводить свой жестокий план в исполнение. Следовало спешить, пока дети в посёлке не запаниковали.
Они успели вовремя. На площади перед Ратушей собиралась толпа. И флайер хок был здесь, орал говорителем: "Младшие, возвращайтесь в дома! Не тревожьтесь, скоро вам привезут завтрак. Старшие, оставайтесь возле Ратуши..." Машину было жаль, но рисковать Виктор не имел права. Он расстрелял её с воздуха прежде, чем хоки успели что-либо предпринять. Из прожжённой бластером кабины повалил густой ядовито-жёлтый дым, говоритель заткнулся. Толпа колыхнулась, попятилась испуганно. Но через минуту Майка и парни были снаружи. В звериных шкурах, с луками в руках, они выглядели сильными, уверенными. Взрослыми. И дети потянулись под их защиту раньше, чем Майя заговорила. Она так ярко и красочно описывала счастливую свободную жизнь в лесу, так самозабвенно обличала лживых хок, что Виктору стало не по себе. Не может Майка не понимать, что половина сказанного ей - ложь. Ради чего она это делает? Хочет угодить ему? Что ж, пусть врёт, лишь бы поверили. Он обернулся к парням, жестом приказал занять оборонительные позиции в Ратуше и вокруг площади.
Белые фигуры возникли внезапно, всюду по посёлку. Нет, именно внезапности у них не получилось. Парни хладнокровно расстреливали хок из луков и проворно отбегали в сторону, если туманное облако начинало клубиться слишком близко. Происходящее казалось им забавной игрой. Не сравнить с зимовкой, с налётами шлейфокрылов. Но это был бой, а не игра. Первым подловили увлёкшегося стрельбой Рона. Виктор слишком поздно заметил хоку за спиной парня, а тот уже разворачивался, целился в Эда. Ругнувшись, Виктор полоснул из бластера, стараясь не сильно покалечить парня, заорал Майке и остальным:
- В Ратушу! Ведите всех в Ратушу! Их слишком много, нам не удержать площадь! Ник, проверь, чтобы в здании хок не оказалось! Эд! Бери троих, и прочешите дома! Осторожно, не разделяйтесь!
И опять паники не было, молодец Майка! Дети послушно строились в цепочку, быстро исчезали внутри здания. Несколько минут, и площадь опустела. Последним занесли жалобно постанывающего Рона. Полдела сделано. Но как заставить хок отцепиться, дать детям свободу? Этого Виктор не знал. И подозревал, что Найгиль тоже не знает.
Из ближнего дома выскочили две девочки, подгоняемые криком Стива, побежали к Ратуше. И тут же на их пути заклубилось облако. Виктор бросился наперерез, махнул на ходу парню рукой: "Ищите дальше, здесь я сам справлюсь!" Бластер был удобней и стрелял быстрее, чем лук. Чуть заметное движенье, и ожившая было хока рассыпалась. Виктор оглянулся... и оцепенел.
Девочки лежали, нелепо разбросав в стороны руки и ноги, уткнувшись лицами в разноцветные каменные плитки площади. У каждой - стрела между лопаток. А Стив по-прежнему стоял в дверях дома, но вместо лука в руках он держал нож. Не просто держал, а пытался разрезать себе живот.
- Стив, - заорал Виктор, понимая, что не успеет остановить, - Нет!
Парень поднял голову, посмотрел на него, жалобно скривился, дёрнул нож с удвоенной силой. Повалился ничком, расплёскивая внутренности.
Оцепенение прошло. Виктор бросился к дому, в котором ещё оставались Эд и Максик. Где же эти твари?! Где они прячутся? Площадь ведь пустая! Он срезал последнюю, пытавшуюся явиться сюда.
Последнюю? Вспомнилось предупреждение Найгиль: "У Люсор дальность воздействия ментополя около ста шагов. Возможно, уже и больше". Конечно, это могла быть только Люсор!
Он успел добежать к дому раньше, чем Эд и Максик вышли на поиски Стива. Захлопнул дверь перед их носами, гаркнул: "Сидите там и не высовывайтесь!", развернулся. Площадь по-прежнему была пуста. Он осматривал её снова и снова. Потом не выдержал, закричал:
- Люсор, хватит прятаться! Я знаю, ты где-то здесь!
- Да, я здесь, - тотчас прозвучал ответ. - Подними свою тупую голову немного выше.
Найгиль прыгнула на площадь вслед за Люсор. Успела увидеть, как та погасила волю стоящего на крыльце паренька, заставила послать одну за другой стрелы в спины бегущих к Ратуше детей. Заорала, не в силах понять происходящее:
- Люсор, зачем?!
- Из-за твоей диверсии мне всё равно придётся ликвидировать молодняк. Зачем травмировать психику моих людей такой задачей? Лучше я сделаю это руками твоих выкормышей. И тем, кто останется, будет наглядный урок, - пусть знают, на что способны вырвавшиеся на свободу дикари.
- Но это же... бесчеловечно!
- Не говори глупостей. Как может быть бесчеловечным то, что идёт на пользу человечеству?
- Кого ты называешь человечеством? Бессмертных или этих детей?
Люсор обернулась, посмотрела на неё внимательно.
- Себя.