Спрятав близнецов под навесом с дровами, и строго-настрого наказав, чтобы не высовывались, пока не вернусь, я поторопилась обратно. Знаю, глупо. Но вдруг Мишке понадобиться помощь, а рядом никого, кто может подставить плечо? Он столько раз вытаскивал меня из переделок, что совесть не позволяла оставаться в стороне. И пусть моя магия не стабильна, но поджарить хвосты косолапым попробовать можно. Наверное.
В харчевне раздавался такой грохот, что я невольно замялась у двери. Как не храбрилась, а всё-таки было страшно: четыре дерущихся медведя это не шутки. Но образ окровавленного Михея, представший в воображении, задвинул страх на задворки сознания. Я должна хотя бы попытаться, иначе никогда себе этого не прощу.
Заглянув в помещение, застыла на месте. Три больших медведя стояли склонив голову, заметно уступая размерами четвёртому. Вот как раз последний и создавал тот шум, который меня напугал, круша всё вокруг направо и налево. Столы и стулья давно превратились в щепки, на очереди была клетка с чудо-птицей, к которой оборотень и направлялся, утробно рыча.
- Миха, не надо! - в отчаянии закричала я и рванула внутрь харчевни, не осознавая, что делаю. Трое медведей так и остались стоять, даже не повернув головы в мою сторону, в отличие от четвёртого. - Миша, миленький, пожалуйста, не трогай её. Она ведь не виновата, что попала к этим зверям, но ты же не такой, ты хороший...
Один мощный рывок и медведь оказался рядом, оскалив пасть. Горло тут же сдавил спазм, заставив замолчать. Оцепенев от страха, я забыла как дышать, лишь слёзы, прокладывая дорожки по щекам, капали на рубашку.
Секунда, вторая, третья. Удары сердца отсчитывали время, приближая момент истины. Не в силах смотреть на разъярённого медведя, я закрыла глаза, твердя про себя как заклинание, что Мишка меня не обидит. Ведь не обидит же? Я верила, верила всем сердцем, что ярость, застилавшая его разум, рано или поздно, спадёт. Только бы продержаться до этого времени, только бы не рассердить его ещё сильнее каким-нибудь неловким движением.
Горячие пальцы коснулись моих бёдер, а в район грудной клетки ткнулась взлохмаченная голова. Распахнув глаза, я увидела стоящего передо мной на коленях Михея и разревелась навзрыд, зарывшись пальцами в его шевелюру.
- Ты, ты. не пугай меня так больше, - всхлипывая, бормотала я, - иначе. иначе покусаю.
И Михей рассмеялся, тихо, с облегчением. А я, плюхнувшись рядом с ним на колени, прижалась к его горячей обнажённой груди. Стоп! Обнажённой?
Зажмурив глаза, я отпрянула от оборотня.
- Извини, - пискнула я, на что Михей расхохотался лишь сильнее.
Стянув с себя накидку, я протянула её оборотню, по-прежнему не открывая глаз.
- Ты серьёзно? - фыркнул Миха, на что я кивнула, чувствуя, как щёки и уши опаляет краска смущения. - Ну, ладно, - и накидка тут же исчезла из моих рук, а пару секунд спустя послышался треск рвущейся ткани. - Готово, можешь открывать глаза.
Стараясь не смотреть на парня, обмотавшего бёдра тем, что осталось от моей накидки, я поторопилась к клетке, желая освободить магическое существо, но на решётке висел замок, поэтому пришлось обратиться за помощью к Мише.
- Ключ, - рявкнул он, обращаясь к медведям, застывшим статуями посреди комнаты, и звериные шкуры, будто по команде замерцали, а силуэты подёрнулись дымкой.
- Вот же, ёлки зелёные, - осознав, что за этим последует, я в спешке отвернулась.
- Держи, - подошедший Миха вложил мне в руку тяжёлый ключ, - выпусти её, и ждите меня возле сарая с повозкой, не хочу, чтобы ты видела, что будет дальше.
- Ты же их не... - мысль закончить я не успела, поскольку оборотень меня перебил.
- Нет, только воспользуюсь властью данной мне с рождения и лишу их силы, чтобы они на собственной шкуре ощутили то, над чем смеялись и что презирали, а так же немного подправлю мышление, - ответил тот.
- Ни человек, ни оборотень, - вспомнив их слова, повторила я.
- Именно, - с горечью усмехнулся Миша. - Смерть - это слишком просто для них. Да и как правильно ты сказала - я не зверь, чтобы лишать жизни родственников. Даже если они это заслужили. Не хочу уподобляться таким как они, которые клеймят всех, кто чем-либо от них отличается. Пусть помучаются, может тогда станут ценить то, что имеют.
Миха вернулся обратно к троице, я же направилась к клетке, держа ключ в руках. Существо встрепенулось, не спуская с меня недоверчивого взгляда, но как только замок щёлкнул, упав на пол, а дверца отворилась - улыбнулась.
- Спасибо, - прошептала она, заставив меня удивлённо вытаращить глаза, поскольку я не ожидала услышать осмысленную речь, - теперь я у тебя в долгу, если понадоблюсь, просто позови.
Взмахнув крыльями, чудо-птица взлетела под потолок, а я поторопилась к двери, чтобы выпустить её на волю, и следом вышла сама, жадно вдыхая влажный воздух свободы.