Агата переглянулась с Павлом Николаевичем. Она увидела, что старик реально испуган.
— Да нет, такого не может быть, — пробормотал он, — наверняка просто кто-то маску надел. Эти сектанты…
— Я-то этого мутанта не видел, со слов мужика передаю. Он, значит, хватает стеновой бур и заряжает по этому мутанту. Человека, я думаю, этим буром, можно пополам разрубить. А тот, говорит, пошатнулся немного и снова на него полез. Ну до мужика дошло, он бур включил и ему в морду. Вы бы видели, как он все это рассказывал! Рыдает, давится слезами, трясется! И говорит: «А мутанту все равно, что бур, что не бур. Лезет и все». Махнул лапой, мужик к стене отлетел. Тот хотел уж на мужика сверху напрыгнуть, но тот в последний момент как-то увернулся, вскочил и побежал. Ну мутант его пару раз своими крючьями попытался ухватить, да не сумел. И, короче, как-то так вышло, что этот мутант, когда в очередной раз мужика атаковал, попал лапой в уничтожитель отходов. А там же автоматика, поняла, что это не человеческая рука, а какая-то дрянь, ну и включилась. Мужик говорит, что этот мутант так выл, что уши закладывало. Наполовину уничтожитель разворотил, но техника все-таки победила, прожевала его. Тут уже полиция приехала, скорая, все дела. Мужика увезли, я кафе вымыл да домой пошел.
— А что в новостях пишут? — хрипловато спросил Павел Николаевич. — Я-то сам сегодня не читал еще.
Но не успел Майкл пожать плечами, как старичок кинулся к столу и стал листать новостные сайты.
— Так, так, ага, мутант, ага, офисный центр, уничтожитель… Кафетерий, ага, кровь, ага, Майкл, тебя показывают смотри! Ага…
Агата с Майклом пытались заглядывать старичку через плечо, но тот так быстро листал страницы, что они не успевали ничего увидеть. Наконец Павел Николаевич откинулся на спинку диванчика.
— Чушь все. Пишут, что никакого мутанта не нашли. Уничтожитель этот мужик, говорят, буром разворотил. Сумасшедший.
— Да ну, — протянул Майкл. — Может он, конечно, и сумасшедший, но кто его порезал-то так. Я занимался ножами всякими, еще черт знает чем, и могу сказать, что очень странные порезы. Ножом явно такого не сделаешь. Это не крюки, как он говорил, но будто бы что-то типа лезвий. Эти порезы, вообще-то, и в самом деле были похожи на следы лап. Только на лапах этих, вместо когтей, какие-то лезвия.
— Как-то очень странно эта история выглядит, — покачала головой Агата. — Напал на него монстр, он отбился, а того даже уничтожитель сразу не смог взять. Видела я эти уничтожители. Они бетонную плиту в три минуты размалывают. То есть монстр чуть ли не круче уничтожителя, а мужик еще круче мутанта этого? Так, что ли, получается? И еще, смотри. Уничтожитель он, да, реагирует на человека и не включается. Но не только — он вообще на все живое реагирует. Его датчик, знаешь ли, твою руку от кошки отличать не собирается. Живое — значит не включается. И точка. А мутант что — робот что ли? Это вообще уже как-то смешно.
Дверь кафе открылась, и вошел Амаль.
— Всем привет! Был тут около, решил заскочить.
— Ходил мутанта искать? — усмехнулся Майкл.
— Мутанта? — удивился Амаль. — А что тут у вас на улице происходит? Там, на улице, черт знает что. Сектанты кругом. Чуть рукава мне не оторвали.
— О-о-о… — застонал Майкл. — Блин, как бы из-за этих безумцев не пришлось кафе временно закрывать…
— А чего? Случилось что-то?
— Случилось, — устало кивнул Майкл, и снова, досадливо морщась, пересказал вчерашнюю историю. Но тут Агата поняла, что хотя Майкл и морщится, происходящим он доволен, и пересказывать все по сотому разу ему нравится. Роль его, конечно, в этой истории была минимальная, но свои пятнадцать минут славы он отхватил. Ну и неплохое, по сути, развлечение. Не говоря уже о том, что в кафе после этого явно увеличится поток посетителей.
— Чем дальше слушаю, тем больше подозрений у меня относительно этой истории, — покачал головой Павел Николаевич. — Никто из журналистов не смог даже мизинца этого мутанта найти. Они все это офисное здание с ситом, считай, прошли. И ничего. И полиция то же самое говорит, и НСБ.
— Служба безопасности? — удивился Амаль. — А они-то чего?
— Да тоже приезжали. Дело-то все-таки серьезное, если мутанты людей режут. И, говорят, что ничего не нашли.
— Так почему мужик-то порезанный? — Майкл внимательно обвел взглядом своих собеседников. — Я же вам сказал, на обычные царапины это не похоже.
— Быть может, это просто подсознание? — спросила Агата. — Я когда-то читала, что такое возможно. Ну вот, например, возникали когда-то у людей стигматы, ну то есть как бы дырки от гвоздей, которыми распяли Христа. Сами гвозди, понятно, были воображаемыми, а вот дырки вполне реальными. Человек своим подсознанием сумел проделать в своем теле дыру! Только работой мозга, представь! И если возможно такое, то почему бы не предположить, что…
— Погоди, какие еще стигматы? — изумился Амаль. — Что это вообще такое?
— Это просто, — сказал Майкл. — Если ты когда-нибудь читал «Новый завет»…
Он сделал паузу и с сомнением посмотрел на Амаля. Тот усмехнулся:
— Ага, конечно. Давай, рассказывай дальше.