– И в прошлый раз она приехала к тебе на работу, потому что вы так и не смогли просто поговорить по телефону? – Абрам задумчиво улыбнулся и поднял на меня глаза. – Никто ведь не запрещает тебе отвечать на телефонные звонки в офисе. Если, конечно, они не отвлекают тебя от работы.
– Отвлекают. И убивают хорошее настроение, а я не хочу потом весь день сидеть с опущенной головой, когда мне необходимо много думать и работать.
– Ты была очень зла, когда вы с мамой разговаривали. Что стало тому причиной?
– Ты, – ответила я, хотя уже на следующей секунде пожалела об этом. Но Абрам, кажется, не удивился. – Мы просто разошлись во мнениях. В очередной раз.
– И в чем заключаются мои «заслуги»?
– Мама уверена, что ты женат. Что мое поведение ставит и тебя, и их с отцом в неловкое положение перед родственниками и вашими общими знакомыми. Особенно им неудобно перед твоей супругой.
Абрам опустил руки на край стола, продолжая держать вилку и нож. Он тихонько усмехнулся.
– Исключительно твое поведение?
– У моей мамы своеобразный взгляд на отношения и брак. В её мире мужчина, который ходит налево, это невинное создание, для которого подобное поведение является нормой, ведь в этом заключается его сущность от природы. А женщина, с которой он эту сущность проявляет, всего-навсего подстилка, которая оказалась не в силах осуществить свое истинное предназначение.
– И какое же?
– Выйти замуж, нарожать детей и до конца своих дней оберегать семью от самых разных невзгод. Не замечать измен, любить мужа, воспитывать детей и верить в то, что её семья идеальна. Женщина не должна оставаться одна, мужчина необходим ей, как воздух. Пусть у него будет хоть тысячи любовниц, возвращается-то ведь он всё равно к ней, поскольку знает, что именно она его судьба. Полагаю, что София поделилась с ней нашей случайной встречей в аэропорту. Так я и стала подстилкой в глазах мамы.
– А ты как считаешь? – посмотрел он на меня. – В чем заключается предназначение женщины?
– Я не думаю, что оно сильно отличается от предназначения мужчины. Люди просто обязаны быть счастливыми. Игнорировать ложь и предательство, переступать через себя во имя обязательств, навязанных обществом… Я думаю, что это верная дорога в сумасшедший дом. Я бы плюнула в лицо умнику, который посчитал и внедрил в сознание женщин мысль, что она обязана выйти замуж и родить детей до тридцати. Это ведь не галочки в анкете ставить, а всю свою жизнь подвергнуть неизбежным переменам.
– Ты стала так думать после того, как тебя предали?
– Да, – честно ответила я. – Видишь ли, до того момента я всю свою жизнь наблюдала за «настоящей любовью» между родителями. Счастливые, воодушевленные. Они даже никогда не ссорились! По крайней мере, при нас с сестрой точно. Я хотела так же. Выйти замуж за Илью, увидеть его счастливую улыбку, когда сообщу ему, что мы беременны. Уехать из города, построить дом и блаженно жить в океане семейного счастья, – засмеялась я. – А внутри это красивое и ароматное яблочко оказалось гнилым и с червями. И тут я осознала, что никогда не сделаю того, в чем не уверена и что точно не сделает меня счастливой. А мама этого не понимает, считая, что я подросток-переросток, который требует к себе особого внимания. И который верит в то, чего на самом деле нет и быть не может.
– И во что же?
– В любовь, исключающую предательство. В открытость и искренность между мужчиной и женщиной. Я знаю, что современный мир полон соблазнов и возможностей, но мне не хочется верить, что в нем совсем не осталось хотя бы горстки честных к своим любимым и близким людей. – Я снова улыбнулась и забрала наши пустые тарелки, чтобы поставить их в мойку. – Я не погибну, если мне так и не удастся выйти замуж по взаимной и искренней любви! Я всё равно найду свое счастье. Не в семье, так в чем-то другом. Наливай чай. Блинчики уже остыли.
Я сполоснула руки и потянулась за вафельным полотенцем, как вдруг заметила краем глаза, что Абрам уже поднялся.
– Николь, спасибо тебе за завтрак. Вкуснее я в жизни не ел.
– Ну, да, – недоверчиво усмехнулась я, сложив руки на груди. – Только не говори, что моя пустая болтовня снова утомила тебя и ты собрался в очередной раз исчезнуть?
Абрам посмотрел на часы, и моя улыбка моментально сползла с лица.
– Нужно ехать, Николь. У меня самолет через два часа, а я ещё должен заехать домой переодеться.
– Опять самолет? – вытаращила я глаза. – Ты что, в них живешь что ли?
– Последнее время мне действительно так кажется, – улыбнулся он.
– Эти разъезды связаны с работой?
Он немного помолчал прежде, чем ответить. Мне даже показалось, что засомневался, говорить правду или… Нет, мне это действительно показалось.
– Она – мое всё.
– Я знаю, что ты заточен на успех и развитие, но… – Я закусила губу и посмотрела в его глаза. – Сегодня ведь суббота. Завтра тоже выходной и мы могли бы провести эти пару дней вместе.