Ближе к посадке я умываюсь в туалете, прикладываю влажное холодное полотенце к глазам и сижу так до самого аэропорта, настраиваясь сойти с трапа прежней Нисой: беззаботной и веселой. Потому что уже завтра утром я встану на доску, и все печали пройдут, словно их и не бывало. И Омара Аль Мансури я забуду, как только ступлю на родную землю. Надо было полететь к брату в Ирландию. Посетить пару замков, выпить с Райаном не одну пинту пива, пройтись по улице, крича песни, пока не сорву голос. От отчаяния я сжимаю кулаки. Да, поездка к Райану помогла бы мне залечить душевные раны.
Я была уверена, что полностью пришла в себя и могу держать свои эмоции под контролем, но ровно до того момента, пока не вижу родителей, встречающих меня у трапа самолета. Бросаюсь к маме на шею и снова начинаю рыдать.
– Ниса, что случилось? – спрашивает папа, поглаживая мою спину. – Тебя обидели? Заид заверил меня, что тебя приняли как принцессу. Если он что-то сделал, то я…
– Все хорошо, – выдыхаю я, отстраняясь от мамы. – Я просто рада быть дома.
– У тебя такие опухшие глаза, – замечает мама, касаясь моей щеки. – Ты плакала в самолете?
– Немного. Это от облегчения. Мам, пап, можно я полечу к Райану?
– Он у нас дома, – отвечает мама. – Но разве ты не хочешь домой? Почему к Райану?
– Просто хотела погулять по Дублину.
– О, милая, придешь немного в себя, отдохнешь, а потом можешь полететь.
Изнутри меня разрывает на части. Если бы Райан сейчас тоже был здесь, я бы, наверное, затащила его в самолет и скомандовала пилоту немедленно лететь в Дублин. Конечно, я понимаю, что что это невозможно, потому что подготовка к взлету обычно занимает немало времени, но помечтать-то ведь можно.
Глава 15
Омар
– Доброе утро, отец.
– Доброе, – отзывается он, закрывая ноутбук, и поднимает на меня взгляд. – Присаживайся.
Я располагаюсь в кресле напротив, осматривая кабинет отца в новом офисе.
– Здесь слишком современно, – усмехаюсь я.
– Кальян нашел свое место, а это главное, – отвечает он и встает.
Спрятав руки в карманы брюк, он поворачивается лицом к панорамному окну и смотрит на раскинувшийся у его ног город. Город, одним из хозяев которого является. Сейчас, когда мы находимся на высоте птичьего полета и я смотрю на мощную спину своего отца, то в полной мере осознаю власть, которой он обладает. Это впечатляет.
– Ты какой-то задумчивый сегодня, – произношу, становясь рядом с ним в такой же позе.
– Тебе пришло время жениться, сын, – говорит он, и я перестаю дышать. Я давно был готов к тому, что рано или поздно наступит такой момент, но прежде мне удавалось его оттягивать, а теперь, кажется, уже не отвертеться. – На девушке из хорошей семьи. Покладистой, спокойной, уважающей наши веру и традиции. На той, которая сможет сделать тебя счастливым и станет достойным партнером по жизни, каким стала для меня твоя мама.
– Я так понимаю, у тебя уже есть кто-то на примете.
– У меня уже даже есть договоренность с ее родителями.
– И кто она?
Меня это совсем не интересует. Тем более, если от меня потребуется лишь заниматься сексом с женой раз в неделю ради продолжения рода и обеспечивать ей достойную жизнь. Конечно, хочется, чтобы она оказалась красивой, и чтобы мы понимали друг друга. Почему-то вспомнилась Ниса, совершенно не к месту. У нас с ней не было никакого взаимопонимания. Между нами вообще, кроме секса, ничего не было. Но почему-то я до сих пор не могу забыть эту ведьму, хоть и прошел не один месяц после ее отъезда.
Через неделю после ее отъезда мне отдали ее рисунки. Я зачем-то до сих пор храню их в ящике стола в своем домашнем кабинете. На них пустыня и… я. Не знаю, зачем она рисовала меня, но сходство слишком очевидное, чтобы я мог перепутать нарисованного человека с кем-то другим. Ниса, на самом деле, невероятно талантливая художница, если даже одним черным грифелем смогла передать характер пустыни.
– Яра, – отец вырывает меня из мыслей.
– Яра? Какая Яра?
– Дочь Валида и Инас.
Мои брови съезжаются на переносице, когда я впиваюсь взглядом в отца.
– Отец, ей едва исполнилось шестнадцать.
– Я в курсе, – кивает он. – Мы должны были породниться в результате брака Амиры с Мустафой, но вышло как вышло.
– И поэтому козлом отпущения сделали меня?
– Контролируй свой тон, – строго говорит он.
– Отец…
– Омар, это не обсуждается.
– Отец, она еще ребенок! Я не прикоснусь к ней!
– Ты прекрасно знаешь, что девушка в шестнадцать уже вполне способна стать женой и родить ребенка.
– Да она еще в куклы играть должна! – я начинаю мерить шагами кабинет. – К тому же со смерти Мустафы не прошло и трех месяцев.
– Достаточно, чтобы оплакать сына-предателя, – сквозь зубы цедит отец.
– Не думаю, что Инас оправилась.
– К счастью, у нее такие же принципы, как и у ее мужа. Предавший семью заслуживает смерти.
– Отец, – остановившись, снова смотрю на него, – представь себе, если бы тебе пришлось меня убить.