В гостиной он увидел «законника», трех его охранников, сутенера и мадам спящими. Поняв, что с уходящим временем дистанция между ним и беглецами стремительно увеличивается, нашел в кармане одного из бандитов пистолет и расстрелял в потолок всю обойму.
От грохота мужики стали ворочаться и открывать глаза.
– Ты чего, кабан, волыной трясешь! Совсем берега попутал, бекас недотраханный? – вяло спросил авторитет, потирая виски.
– Может, я и недотраханный, но вас могли трахнуть, да и не по одному разу, – огрызнулся толстяк и отбросил уже не нужный ему пистолет.
– Пасть захлопни, кусок сала! И за словами следи, а то не посмотрю, что властью наделен. Порву, как грелку! Говори толком, что случилось?
– Что случилось?! Приехал лекарь с новенькой на вашем «хаммере», приставил пистолет к голове, оглушил, детей забрал и уехал.
Чувствуя, что силы иссякли, толстяк плюхнулся на стул, налил себе стакан водки, выпил, не закусывая, и уставился в противоположную стену, а через пять секунд упал мордой в холодец.
– Свинья в свинье! – заметил старшой и стал отдавать приказы очнувшейся братве: – Проверьте кабинет лепилы, да герыч у него в сейфе заберите, заодно и полечимся, а то я ничего не понял из того, что мне эта куча тухлого мяса лопотала.
Метнувшись в кабинет доктора, бойцы вернулись с пустыми руками.
– Ни доктора, ни герыча. «Медведь» выпотрошен подчистую, ни алтына, – доложили они.
Старший, заметив, как быстро отрубился хряк, сказал:
– Так вот как нас лепила вырубил! Ампулу балдежа через пробку «баяном» запустил. Странно! На него, беспредельщика, не похоже. Чтобы он кого-то живым оставлял… У кого есть доза в заначке? Давай сюда! Сейчас раскумаримся и в погоню. Если эта туша говорит, что лекарь уехал на моей машине, догоним. По-пьяни забыл ее заправить. Всех на доски распустить, а доктора, крысу, живым ко мне. Машину мою не портить. Шкуру спущу.
– Детей тоже убить?
– Я сказал всех! Кроме «шприца». Я его сам медленно кромсать ножичком буду, как колбасу.
– Что ты мне про шмару говорила? Чья она? – переспросил законник у бандерши.
– Председатель ее и привел.
– Вот бивень гнутый. Свяжите его – и в багажник. С собой заберем. Ответит за то, что шмоньку привел, из-за нее весь этот кипеж случился.
Пока братки вытаскивали председателя и грузились в машины, бригадир принял дозу. Раскумарившись, он встрепенулся и приказал подготовить для него молоденькую полненькую проститутку.
Шевелить мозгами необходимо, по крайней мере, для выживания
А в это время Наталья с детьми и лекарем ехали по большаку в сторону Мурома. Заметив мигающую лампочку индикатора, доктор понял, что бензин на нуле. Не дожидаясь пока машина заглохнет, он сам заглушил двигатель и перегородил джипом дорогу.
– Ты вот что, – сказал Наталье, – возьми деньги. Здесь много денег. Тебе и детям хватит надолго. Я сейчас остановлю проезжающую машину и отправлю вас. Сама решай, куда тебе ехать. Мне дальше нельзя. Моя крошка хочет побыть со мной. Тут мы встретим восход.
Свет фар со стороны Мурома известил о появлении машины. Через пару минут к беглецам медленно подкатил старый «Москвич-412». Из-за двери показался водитель.
– Что случилось? Помощь нужна? – с опаской спросил молодой парень.
– Нужна. Вот тебе триста баксов, до десяти утра поступаешь в распоряжение этой женщины. Везешь, куда она скажет. Портрет я твой срисовал, и на номера память хорошая. Если что не так сделаешь, найду!
Доктор демонстративно переложил пистолет из наружного кармана во внутренний. Парень, не говоря ни слова, кивком головы подтвердил свое согласие.
Наташа с детьми пересела в «москвич». Машина развернулась и укатила в темноту.
– Ты здешний? – спросила женщина.
– Нет, я из деревни Южная, – ответил водитель.
– Мне как раз туда и надо. Ты вези, а как приедем, разбудишь. Хорошо?
– Так это будет аккурат в десять часов, когда тариф закончится, – улыбнулся он.
Спокойная, как никогда, Наташа заснула, прижимая к себе посапывающих детей.
А в это время лекарь закатал рукав и профессионально вкатил себе дозу.
– Ты умный и хороший, – похвалила его девочка-призрак. – Не бойся, люди, которые хотят тебя убить, сами давно мертвы, то есть их души. Делай смело свою работу. Останови бездушные тела. Их мозг нельзя перезагрузить, у них некроз интерфейса, – заумно закончила свою речь девочка.