— Подготовьте всё к возобновлению трансляции. Составьте турнирную таблицу для финала, и чтобы над каждым уцелевшим кружило по три наших коптера, ясно?
— Мы продолжаем турнир? — нахмурился оператор. — А как же эвакуация, медики?..
— Когда щит падёт, вся Империя должна увидеть финал, — настоял Ямано. — На остров уже прибыла архонт. Выполняй!
Уроки закончились, и ученики потянулись из школы, живо обсуждая новости с полей турнира. Шутка ли, в сети появился анонс трансляции финала. В одночасье эта новость стала главной не только в школе, но и во всей Империи.
Слепо глядя в зеркало в женском туалете, Юи несколько раз плеснула холодной водой в лицо. Сердце еще не успокоилось после её отчаянной вылазки в кабинет Ямано. Хоть ей и удалось замести следы и, как ни в чем не бывало, вернуться на занятия, внутри всё дрожало от смутного предчувствия.
И чем ближе был конец занятий, тем сильнее была тревога.
Стиснув кулаки, она посмотрела в зеркало.
—
Позади неё снова клубились клочья тьмы, быстро превращаясь в фигуру девушки с горящими алым глазами. Она была похожа на неё как две капли воды, лишь жуткая маниакальная улыбка была абсолютно чужой в её внешности.
То чудовище, что спалило бандитов черным огнем, вернулось.
Юи снова плеснула водой в лицо и растёрла щёки. Ну же, приходи в себя! Не время сходить с ума! Но сколько бы она ни терла, тень никуда не исчезала.
—
— Это всё мне кажется, — прошептала Юи.
—
— Уходи.
—
— Я сказала — заткнись и убирайся! — Юи грохнула кулаком по столешнице так, что та едва не треснула. Тень издевательски улыбнулась.
Позади раздался шум смываемой воды, из кабинки вышла испуганная девчонка-первокурсница и тихонько, бочком двинулась к выходу в коридор.
От смущения Юи покраснела так, что горели даже уши.
— Я не тебе, честно! — спохватилась она, как в кармане завибрировал телефон. — Да блин!
—
На экране высветился незнакомый номер.
— Да? — девушка прижала трубку к уху.
— Юи, ты еще в школе? — раздался беспокойный голос отца. — Немедленно поезжай домой, я уже выслал машины.
— Пап, мы же решили, что я пока останусь в общаге…
— Там больше небезопасно. Пока твоя мать разбирается на острове, весь клан Могами под угрозой, и первой целью будешь ты. Поезжай в поместье, немедленно.
— Но…
— Не спорь, Юи! — гаркнул он в трубку. — Домой, сейчас же!
Она положила трубку: чувство тревоги лишь окрепло, превратившись в увесистый комок в груди. А из зеркала ей ухмылялась теневая Юи, сверкая алыми угольками глаз.
—
Девушка вернулась в класс, быстро забрала вещи и поспешила на улицу. Отец был прав, у школьных ворот её уже ждала бронированная машина в сопровождении пары внедорожников службы безопасности клана. Получив встряску за недавние неудачи, бойцы Могами быстро пришли в тонус.
До поместья Могами они домчались минут за двадцать, минуя людные перекрестки и перегруженные вечерним трафиком дороги. Едва машина проскочила ворота и остановилась на парковке, Юи поспешила в главный дом.
— Папа, в чем дело? — с порога бросила она, влетев в центральный зал… и замерла.
В помещении с длинным столом и множеством боковых проходов, где они ужинали каждый вечер, на полу лежали слуги. Семеро женщин-горничных и пожилой наставник, которого она помнила столько же, сколько и себя. Ни следов побоев, ни ран — ничего. Лишь у одной из женщин из носа текла струйка крови.
Из-за ширмы, отгораживающей зал от задней комнаты, вышел Рюэн Могами. Взъерошенный и хмурый, в помятом костюме, он решительно пошел к ней, даже не взглянув на слуг.
— Наконец-то добралась. За мной, скорее, мы уходим отсюда.
— Погоди, что тут случилось?
— Среди наших слуг были предатели, — холодно бросил он. — Замаскировались под слуг и хотели ударить изнутри. Поспешим, наверняка есть и ещё. Оставь вещи и идём со мной.
— Но я знаю деда Хагуро с детства, — она кивнула на старика, лежавшего у двери. — Ты же сам говорил, он меня ещё младенцем на руках носил!
— Откуда мне знать, зачем он предал клан Могами? — Рюэн властно стиснул её запястье и потянул за собой. — Я сказал, уходим.
— Подожди! — она попыталась вырваться, но Рюэн развернулся и опалил её таким взглядом, что всё внутри сжалось. Никогда прежде она не видела его таким… безжалостным.
— Хорошо…