Я заметил, как посуровел Хибики. Как славиец-полукровка, поцеловав нательный крест, убрал его под одежду и сжал кулаки. Как остальные подобрались, косясь на соседей.
Ни один не дернулся с места.
— Полагаю, это значит — вы со мной, — кивнул я. — Хорошо. Через час за нами приедет автобус, и мы отправимся в лагерь для подготовки. Скажу честно, никто не возлагает на вас надежд и не верит в то, что вы вообще сможете сражаться. Они не верят в вас. Кроме меня. Мне нужны воины, настоящие звери на поле боя. И если мы пойдем рвать имперцев голыми руками, я пойду среди вас в первых рядах. Так что я буду спать, жрать и тренироваться вместе с вами до тех пор, пока кровавые слезы не пойдут, потому что верю — когда сотни эсперов Овады пойдут убивать ваших отцов и матерей, насиловать ваших женщин и сжигать ваши дома, именно мы выбьем из них дух.
— Размажем их! — рявкнул Хибики, и его крик подхватили остальные.
— Мне плевать, в кого вы верили раньше, если верили вообще. Но сейчас я — ваш бог. Хотите верить — верьте в меня. Так кто из вас, падшие ублюдки, готов идти за мной?
Нестройный хор криков взвился к небу.
Я смотрел на них и видел не тридцать шесть мужиков, рвущих луженые глотки, а сотни богов, готовых броситься в бой по первому слову.
Пусть вы пока — не Легион "Тьма", но я сделаю из вас новую легенду.
— Мой господин, — в императорские покои незаметно вошел глава тайной службы и поклонился. Так тихо и незаметно, словно не вошел, а вырос из-под земли. За годы службы он отточил этот навык до пугающего совершенства.
Сидя в позе медитации, Император открыл глаза.
— Вас что-то беспокоит? — тот сел напротив, поправляя незаметный под одеждой пистолет. Для эспера его ранга оружие было бесполезной формальностью, но выдавать свою силу он не хотел.
— Року, — кивнул Император. — Где сейчас тот бог, которого укрыли Могами?
— Два дня назад он с отрядом бойцов прибыл на одну из баз клана. С тех пор они активно тренируются, не покидая базу.
— Удалось узнать о его силе?
— Не меньше второго сфирота, господин. Возможно, третий.
Тот нахмурился и встал с места. Легким и текучим движением, на какое способен только умелый воин. Такого не ждешь от двухсотлетнего старика.
— Что там Изая?
— Готовится к бою. Он почти закончил собирать армию клана Овада, первые сотни уже двигаются к древней цитадели Могами.
— Я хочу, чтобы ты отправился в штаб Овада, Року. Будь в курсе всего, что планирует Изая. Ему пригодится совет опытного полководца.
— Вы слишком высоко оцениваете мои заслуги, — он снова поклонился с невозмутимым лицом. — Но к чему такие меры? Из-за того бога?
— Если ты прав, Овада справится с ним своими силами. Но Изая молод, его опыт несравним с опытом божества. Мне нужно имя этого бога. Настоящее. Узнай его, и не своди с него глаз.
— Мой господин, вы встревожены?
Император смерил его пристальным взглядом. Порой этот тихий, но очень внимательный человек видел больше, чем ему самому удавалось заметить. И сейчас он мог быть прав.
Неуютное, липкое чувство угнездилось в груди. Тревога? Давно он ее не ощущал.
— В наш мир проник чужак, Року. И я хочу убедиться, что это не лиса, пока она не подобралась к нашему курятнику. Поспеши.
— Слушаюсь, господин.
Он вышел так же тихо, словно растворился в воздухе, оставив после себя еле уловимые следы магической ауры.
Император вздохнул, только сейчас заметив, что положил ладонь на рукоять меча.
— Встревожен, значит?
Каждодневные тренировки быстро стали рутиной. С утра до поздней ночи мы с отрядом Тьма, как мы сами себя назвали, тренировались до изнеможения, оттачивали тактику боя, налаживали быт. На удивление, Такеми охотно шел навстречу любой просьбе: у нас появились и тренажеры, и снаряжение, даже оружие нам предоставили без лишних слов.
Мудрый и честолюбивый глава разведки понимал, что если ставить мне палки в колеса, мои проблемы быстро станут его проблемами. А ему хватало работы: каждый день приходили сообщения о подорванных заводах и фабриках, нападениях на деревни и дома членов клана. Овада развернул настоящую диверсионную войну, заставляя нас распылять силы.
Клан готовился к битве. Даже здесь, среди лесов и холмов на полпути к деревне Могами, чувствовалось дыхание войны. И мои бойцы это понимали.
Начался пятый день нашей самоизоляции. Поднявшись до рассвета, мы отмахали десять километров до лесного водопада и уже вернулись обратно. И пока бойцы готовились к завтраку, я умывался у старенького деревянного домика, ставшего нам казармой.
— Рэйджи! Кэп, тут? — сзади послышался голос Хибики.
Выключив воду, я обтер мокрое лицо и торс полотенцем, и обернулся.
— Что такое?
— У нас гость, — он плотоядно улыбнулся. — Женщина, молоденькая. Красотка.
Я вышел следом за ним и поспешил к воротам. Как я и думал. У ворот стояла Юмэми в роскошном костюме-тройке, слишком аппетитном, чтобы быть случайным в этой глухомани.
— Это ко мне, — пояснил я бойцу. — Мы поговорим внутри, а вы пока начинайте тренировку.