На секунду я решил, что он снова собирается огрызнуться в ответ. Его лицо стало мрачным, и он выглядел так, словно хочет ударить что-нибудь, прежде чем с дрожью выдохнул и кивнул головой.
– Да, – вздохнул он и плюхнулся на край скамьи, проведя руками по волосам. – Да, просмотрел. Черт тебя побери, Гаррет, почему ты отдал это именно мне? Тебе известно, что это будет значить для Ордена Святого Георгия? Что произойдет, если всплывет на поверхность?
Я кивнул.
– Известно.
– Это разрушит Орден, – раздраженно продолжил Тристан. – Он будет ввергнут в хаос. Совет начнет судорожно искать нового Патриарха, начнутся споры, кого отстранять, допросы, протесты. Мы можем никогда не оправиться. Но почему я вообще говорю тебе все это – ведь именно такого исхода вы, гребаные драконы, и ждете, не так ли? – Он бросил пристальный взгляд на Эмбер поверх моего плеча. – Ваша мечта сбудется. Вероятно, собираетесь устроить вечеринку, когда я уйду.
Я почувствовал, как ощетинивается Эмбер, но голос звучал на удивление спокойным, когда она ответила:
– А ты бы предпочел, чтобы «Коготь» контролировал Орден?
По его телу пробежала дрожь.
– Нет, – пробормотал он. – Нет, так не может продолжаться. Святой Георгий должен знать, что Патриарх подкуплен и работает на драконов. Хоть я и проклинаю себя до самого ада за то, что помогаю вам изобличить его. – Он бросил на меня взгляд полный покорности и отвращения. – Полагаю, в этом и кроется причина, почему ты позвал меня, Гаррет? Тебе нужен был кто-кто-то изнутри
– Да, – честно ответил я. – Ты единственный, кто, возможно, не пристрелил бы меня, как только увидел.
– Правда, лучше бы ты не беспокоился, напарник, – сказал Тристан усталым голосом. – Но сейчас это не имеет значения. Я не смогу забыть то, что знаю. – Он снова замолчал, сделав вдох, словно подчиняясь неизбежности. – К счастью для вас, у меня уже есть план.
– Быстро, – проворчал Райли позади меня.
Тристан не обратил на него внимания.
– Через два дня Патриарх будет на пути в Штаты, чтобы посетить различные капитулы и встретиться с лидерами Ордена Святого Георгия, – сказал он, заставляя меня выпрямиться. – Он проведет
– Ох, гениальная идея, – вступил Райли, отталкиваясь от трибуны. – Целая комната наполнена важными персонами Святого Георгия, не говоря о главной шишке. Не сомневаюсь, что они позволят двум драконам и известному предателю в ритме танца войти прямо туда и обвинить Патриарха в измене. И уверен, я буду радостно шагать в здание, полное солдат Святого Георгия, у которых руки чешутся нажать на курок. – Он встал на нижнее сиденье, уставившись на Тристана, скрестив руки и скривив губы в самодовольной ухмылке. – Я бы предположил, что ты ведешь нас в ловушку, не будь это настолько банально очевидно. Как, черт возьми, ты собираешься провести нас внутрь?
– Никак, – невозмутимо сказал Тристан. – Я не возьму двух ящериц к этому зданию – это было бы самоубийством для меня так же, как и для тебя. – Он посмотрел на меня, сдвинув брови. – Возьму лишь Гаррета, но он должен пойти один.
– Гаррет предатель, – вмешалась Эмбер, ее голос звучал обеспокоенно. – Они знают, кто он. Ему не удастся уйти далеко, если кто-нибудь опознает его.
– На это я и рассчитываю, – пробормотал Тристан, все еще глядя на меня. И внезапно я осознал, к чему он клонит, у меня внутри все похолодело. Он мрачно улыбнулся. – Единственный твой способ подобраться к Патриарху, – продолжил Тристан, – в качестве заключенного. В противном случае ты и близко к нему не подойдешь – его слишком хорошо охраняют. Но, как уже сказала твоя ящерица, они знают, кто ты. Мы можем сделать это нашим преимуществом. Ты лично сдаешься мне, и я представляю тебя на суд Патриарху и остальным участникам совета. Как только мы окажемся внутри, я освобожу тебя, и ты всем покажешь доказательства.
– Что? – воскликнула Эмбер, когда Райли издал лающий смешок. – Ты сумасшедший?
– Возможно, – ответил Тристан с безрадостной улыбкой. – Но я не вижу другого выхода. Если вы хотите, чтобы информация дошла до Ордена, Гаррету придется мне довериться.
– Довериться тебе, – усмехнулся Райли. – Позволить тебе забрать самого разыскиваемого преступника как заложника, без возможности добраться до него, если дело запахнет жареным? И компромат на Патриарха в самое сердце вражеского стана? Пока мы здесь, почему бы нам еще не повязать милый бант ему на шею и не послать к ним с открыткой?