— Да он отправился в кругосветное плавание, а недавно перестал отвечать на позывные радио. Последний раз выходил на связь, если не ошибаюсь, в районе острова Мадагаскар. Сегодня передавали в выпуске новостей… Что это ты так побледнел? Вы разве дружили?
— Прости, дружище, но мне придется срочно отлучиться! Пожалуйста, спокойно продолжай ужинать, мисс Клачер о тебе позаботится. Увидимся позже…
— Э-э… но… — ошарашенно промычал Фред, наблюдая, как Грэнт поднимается из-за стола и быстро направляется к ведущей в дом двери.
— Созвонимся! — бросил тот с порога, прежде чем скрыться из виду. Вскоре на террасу донесся звук отъезжающей машины.
Оставшись в одиночестве, Терренс откинулся на спинку стула и задумчиво отпил глоток вина.
— Нет, с ним определенно что-то творится, — пробормотал он себе под нос, подразумевая умчавшегося друга. — С тех пор как Джеймс купил этот дом, его не узнать. Черт побери, хотел бы я знать, что происходит!
Энн сидела дома на диване, поджав под себя ноги и бездумно глядя на плавающих в аквариуме черепах. Когда раздался звонок в дверь, она встрепенулась — наверное, какие-то новости! Рванув в прихожую, она в спешке зацепилась ногой за ковер и едва не упала. Однако дверь, должно быть, была открыта, потому что, когда Энн подняла голову, перед ней стоял Джеймс Грэнт.
Она безмолвно уставилась на него, словно увидев привидение. Он же шагнул вперед и обнял Энн. В следующий миг все ее сдерживаемые чувства прорвались наружу, найдя выход в потоке хлынувших из глаз слез. Зайдясь безудержными рыданиями, Энн прижалась к широкой мужской груди.
Пять минут спустя она сидела у Грэнта на коленях, и тот поил ее бренди. Когда бокал опустел, а Энн перестала дрожать, Джеймс спросил:
— Что же все-таки случилось?
Энн судорожно вздохнула.
— Никто толком не знает. Отец находится на постоянной связи со здешним специализированным радиоцентром. Кроме того, он при любой возможности звонит мне по телефону из портов, в которые заходит. Но вот уже шесть дней, как папа перестал отвечать на вызов. И сам на связь тоже не выходит.
— Ну, это еще не означает…
— Я все понимаю, — перебила его Энн. — У него мог выйти из строя аккумулятор, сломаться радиоприемник, что, кстати, уже недавно случалось… Но на яхте установлены солнечные батареи, а кроме того, есть радиомаяк, постоянно указывающий местоположение. Хотя, возможно, отец не воспользовался им… В океане много опасностей: штормы, киты, сорвавшиеся с судов контейнеры…
— Попытки поиска еще не предпринимались?
— Уже собралась группа спасателей. Я хотела лететь с ними, но никто не знает точно, откуда следует начать.
— Знаешь, я, конечно, не специалист в данной области, но по опыту Джеффри и Мег, которые часто плавают на своей яхте, знаю, что, как правило, из строя выходит сразу несколько устройств.
Энн невесело улыбнулась.
— Уж это точно.
— А почему ты сидишь одна? — вдруг нахмурился Грэнт.
— Мне так захотелось, — прошептала она.
— А не потому ли, что рядом просто не оказалось надежного человека?
Энн покачала головой.
— У меня есть друзья, коллеги по работе, ребята из спасательной службы, наконец, но… Мне нужно было побыть одной.
Пристально взглянув на нее, Джеймс сделал движение, словно собираясь встать. Однако Энн цепко схватила его за плечи и удержала на месте. Ее зеленые глаза на припухшем от слез лице в эту минуту казались прекраснее, чем когда-либо. Волосы Энн за два месяца успели отрасти и сейчас были небрежно повязаны сзади.
— Я хотел сварить тебе кофе, — медленно произнес Джеймс. — Кстати, ты давно ела?
— Ммм… не помню. Но от кофе не откажусь.
— Позволишь мне заглянуть в холодильник? Я бы мог включить духовку и приготовить сандвичи с расплавленным сыром.
— Ты умеешь это делать?
— Почему нет? Я лучший специалист по тостам с сыром в Веллингтоне! Странно, почему все считают меня недотепой?
— Это кто же, например?
— Ну, скажем, мой друг Фред Терренс. Именно от него я узнал о твоем отце. Насколько мне известно, он сейчас сидит у меня на террасе и в одиночестве приканчивает ужин, приготовленный мисс Клачер.
— Ох, Джеймс! Спасибо, что ты все бросил и примчался ко мне. Пожалуйста, угости меня своими фирменными сандвичами.
Когда на тарелках остались крошки, Грэнт разлил по чашкам ароматный кофе и, чтобы как-то отвлечь Энн от мрачных мыслей, попросил ее рассказать о былых путешествиях с отцом. Пару часов предавалась она воспоминаниям и за это время настолько успокоилась, что даже захотела спать. В очередной раз не удержавшись от зевка, Энн смущенно извинилась:
— Не подумай, что я устала от твоего общества. Просто в последние дни мне не удавалось уснуть.
— Так почему бы тебе не прилечь? — Джеймс поднялся с кресла. Заметив, что в глазах Энн вновь появились признаки терзавшей душу боли, он добавил: — Я мог бы остаться, если хочешь. Лягу здесь, на диване. Только дай мне подушку и какой-нибудь плед.
— Это было бы замечательно, но…
— Не беспокойся, я не воспользуюсь твоим состоянием, — тихо сказал Грэнт.
Энн зарделась.