Читаем Ночное кино полностью

Доски, уложенные поверх земляной тропы, уводили прямиком в лес. Я глянул на компас – стрелка неколебимо указывала на восток, – ступил на дощатую тропу, и под моим весом она хлюпнула грязью. Я двинулся вперед, и на меня накатил спертый воздух, влажный и густой, но не только – еще головокружительный приход, будто я скольжу куда-то, лечу в нору, откуда нет спасения и незачем его искать. Переплетение спутанных ветвей так загустело, что от дождя остался только шорох, словно над головой перешептывается толпа. Я зашагал быстрее, потом побежал, потом кинулся сломя голову, и неровные доски били меня по ногам, а порой трескались надвое, и тогда я по колено проваливался в грязь. Не останавливаясь, я мчался мимо паукообразных папоротников и скачущих цветов, по пояс в древесных корнях, что лезли из земли по сторонам дорожки, словно рвались на свободу. Общество мне составляла лишь одинокая птица – она преследовала меня последним предостережением, трепыхалась, чирикала в кронах, а потом бросилась на меня, черными крылами задела щеку, пронзительно вскрикнула и вновь нырнула в темноту. Тропа пошла под уклон, все круче и круче, словно пыталась меня стряхнуть, но я не останавливался и летел так быстро, что вскоре уже не чуял земли под ногами.

Впереди стоял дом. Он угнездился среди деревьев и походил на дома с центрального острова – побитый ветрами, крытый дранкой, на ветру болталась треснувшая ставня. Ловя ртом воздух, я запрыгнул на крыльцо, ухватился за ржавую ручку и распахнул дверь.

Пустынная комната – аскетичная деревянная мебель, тусклый свет, на потолке крутится старый вентилятор.

Против двери на стене висело большое полотно маслом. Портрет мужчины – искореженное меловое лицо отступает в черноту фона, словно тает. Я перешагнул порог и замер – глаза метнулись к шевеленью в дальнем углу. Там, под темными окнами во всю стену, точно два застывших в ожидании трона, стояли обитые кожей деревянные кресла. Испуская в воздух белые ленточки дыма, на столике горела сигарета – несомненно, «Мурад».

Вблизи я разглядел сложенные очки в проволочной оправе – круглые линзы непроглядно черны. Рядом бутылка скотча «Макаллан» – моего скотча, в изумлении сообразил я – и два пустых стакана.

Я обернулся, спиной почувствовав взгляд.

Громоздким темным силуэтом на пороге стоял он.

Кордова.

Сотня разных мыслей пронеслась у меня в голове в этот миг. Охотники глядят в глаза добыче – что они видят? Я не знал, отыщу ли его, а если отыщу – захочу ли убить его, проклясть его или разрыдаться. Может, пожалею его, преклоню колена пред уязвимым ребенком, что живет в каждом взрослом. Но я чувствовал, что он ждал меня, что мы всего лишь сядем в эти пустые кресла, один отец и другой, и станет лить дождь, и дым, свивая новое гипнотическое заклятие, обволочет нас, и он мне расскажет. И в повести его будет невообразимая тьма, и кровавые потеки, и, вероятно, она продлится много дней, и будут крики, и ярко-красные птицы, и изумительные вспышки надежды, подобные солнцу, что в единый миг освящает чернейшее море. Я столько узнаю о грани, до которой доходят люди, дабы что-то почувствовать, сколько мне и не снилось, и услышу смех Сэм в смехе Сандры.

Я не знал, каков будет финал, что обрету я, когда все закончится, – взгляну ли на руины и узрю в его истории зло и падение или в его поступках, в его попытках спасти дочь, в его ненасытной жажде гнуть жизнь до последнего предела, рискуя ее сломать, увижу себя.

Надо полагать, поведав мне все, он умудрится исчезнуть быстрее ветра над полями. Я очнусь где-нибудь вдали отсюда, спрашивая себя, не привиделось ли мне, на самом ли деле он был в этом тихом доме, балансирующем на краю земли.

Но, шагнув ему навстречу, я знал одно: он сядет рядом и поведает мне свою правду.

И я выслушаю.


[126]



«Ночное кино»: интерактив

Дорогой читатель!

Если ты не хочешь, чтобы «Ночное кино» заканчивалось, ищи в тексте интерактивные точки и открывай на смартфоне или планшете дополнительные материалы. В этих «пасхальных яйцах» – дополнительные иллюстрации и звуковое сопровождение. Если у тебя есть устройство с размещенной сзади фотокамерой (подключенное к Wi-Fi или к мобильной сети), для открытия бонусного контента следуй алгоритму:

1. Зайди на сайт NightFilmDecoder.com и прочти, как скачать бесплатное приложение.

2. Установи приложение Night Film Decoder на свое устройство.

3. На некоторых иллюстрациях в тексте «Ночного кино» ты найдешь картинку с птицей (см. ниже). Запусти приложение и сканируй такую иллюстрацию камерой, пока на экране не появится кнопка Play. Заметь: не все птицы хранят секреты.



4. Нажми Play и наслаждайся.


Если у тебя возникли проблемы с приложением Night Film Decoder, пожалуйста, сообщи по адресу: support@randomhousedigital.com.

Благодарности

«Ночное кино» не могло бы сбыться без советов и поддержки первоклассных людей.

Перейти на страницу:

Все книги серии Большой роман

Я исповедуюсь
Я исповедуюсь

Впервые на русском языке роман выдающегося каталонского писателя Жауме Кабре «Я исповедуюсь». Книга переведена на двенадцать языков, а ее суммарный тираж приближается к полумиллиону экземпляров. Герой романа Адриа Ардевол, музыкант, знаток искусства, полиглот, пересматривает свою жизнь, прежде чем незримая метла одно за другим сметет из его памяти все события. Он вспоминает детство и любовную заботу няни Лолы, холодную и прагматичную мать, эрудита-отца с его загадочной судьбой. Наиболее ценным сокровищем принадлежавшего отцу антикварного магазина была старинная скрипка Сториони, на которой лежала тень давнего преступления. Однако оказывается, что история жизни Адриа несводима к нескольким десятилетиям, все началось много веков назад, в каталонском монастыре Сан-Пере дел Бургал, а звуки фантастически совершенной скрипки, созданной кремонским мастером, магически преображают людские судьбы. В итоге мир героя романа наводняют мрачные тайны и мистические загадки, на решение которых потребуются годы.

Жауме Кабре

Современная русская и зарубежная проза
Мои странные мысли
Мои странные мысли

Орхан Памук – известный турецкий писатель, обладатель многочисленных национальных и международных премий, в числе которых Нобелевская премия по литературе за «поиск души своего меланхолического города». Новый роман Памука «Мои странные мысли», над которым он работал последние шесть лет, возможно, самый «стамбульский» из всех. Его действие охватывает более сорока лет – с 1969 по 2012 год. Главный герой Мевлют работает на улицах Стамбула, наблюдая, как улицы наполняются новыми людьми, город обретает и теряет новые и старые здания, из Анатолии приезжают на заработки бедняки. На его глазах совершаются перевороты, власти сменяют друг друга, а Мевлют все бродит по улицам, зимними вечерами задаваясь вопросом, что же отличает его от других людей, почему его посещают странные мысли обо всем на свете и кто же на самом деле его возлюбленная, которой он пишет письма последние три года.Впервые на русском!

Орхан Памук

Современная русская и зарубежная проза
Ночное кино
Ночное кино

Культовый кинорежиссер Станислас Кордова не появлялся на публике больше тридцати лет. Вот уже четверть века его фильмы не выходили в широкий прокат, демонстрируясь лишь на тайных просмотрах, известных как «ночное кино».Для своих многочисленных фанатов он человек-загадка.Для журналиста Скотта Макгрэта – враг номер один.А для юной пианистки-виртуоза Александры – отец.Дождливой октябрьской ночью тело Александры находят на заброшенном манхэттенском складе. Полицейский вердикт гласит: самоубийство. И это отнюдь не первая смерть в истории семьи Кордовы – династии, на которую будто наложено проклятие.Макгрэт уверен, что это не просто совпадение. Влекомый жаждой мести и ненасытной тягой к истине, он оказывается втянут в зыбкий, гипнотический мир, где все чего-то боятся и всё не то, чем кажется.Когда-то Макгрэт уже пытался вывести Кордову на чистую воду – и поплатился за это рухнувшей карьерой, расстроившимся браком. Теперь же он рискует самим рассудком.Впервые на русском – своего рода римейк культовой «Киномании» Теодора Рошака, будто вышедший из-под коллективного пера Стивена Кинга, Гиллиан Флинн и Стига Ларссона.

Мариша Пессл

Детективы / Прочие Детективы / Триллеры

Похожие книги

Дебютная постановка. Том 1
Дебютная постановка. Том 1

Ошеломительная история о том, как в далекие советские годы был убит знаменитый певец, любимчик самого Брежнева, и на что пришлось пойти следователям, чтобы сохранить свои должности.1966 год. В качестве подставки убийца выбрал черную, отливающую аспидным лаком крышку рояля. Расставил на ней тринадцать блюдец и на них уже – горящие свечи. Внимательно осмотрел кушетку, на которой лежал мертвец, убрал со столика опустошенные коробочки из-под снотворного. Остался последний штрих, вишенка на торте… Убийца аккуратно положил на грудь певца фотографию женщины и полоску бумаги с короткой фразой, написанной печатными буквами.Полвека спустя этим делом увлекся молодой журналист Петр Кравченко. Легендарная Анастасия Каменская, оперативник в отставке, помогает ему установить контакты с людьми, причастными к тем давним событиям и способным раскрыть мрачные секреты прошлого…

Александра Маринина

Детективы / Прочие Детективы
Пояс Ориона
Пояс Ориона

Тонечка – любящая и любимая жена, дочь и мать. Счастливица, одним словом! А еще она известный сценарист и может быть рядом со своим мужем-режиссером всегда и везде – и на работе, и на отдыхе. И живут они душа в душу, и понимают друг друга с полуслова… Или Тонечке только кажется, что это так? Однажды они отправляются в прекрасный старинный город. Ее муж Александр должен встретиться с давним другом, которого Тонечка не знает. Кто такой этот Кондрат Ермолаев? Муж говорит – повар, а похоже, что бандит. Во всяком случае, как раз в присутствии столичных гостей его задерживают по подозрению в убийстве жены. Александр явно что-то скрывает, встревоженная Тонечка пытается разобраться в происходящем сама – и оказывается в самом центре детективной истории, сюжет которой ей, сценаристу, совсем непонятен. Ясно одно: в опасности и Тонечка, и ее дети, и идеальный брак с прекрасным мужчиной, который, возможно, не тот, за кого себя выдавал…

Татьяна Витальевна Устинова

Детективы / Прочие Детективы