– И еще! – опять подал голос рядовой. – Ребята говорили, будто в тоннеле следы видели мокрые. Не следы, а как бы пятна, но типа следы. Но то разговоры, я сам не видал! – закончил он.
Арсеньев задумался. С одной стороны, было все ясно – нужно отбивать факс Лазненко с настоятельным требованием убирать отсюда людей, а еще лучше – замуровать все выходы и входы.
С другой – а если завтра еще где такое приключится? Не годится бегать от опасности.
– Ладно, – пожал он плечами. – Давайте, показывайте ваше озеро.
«Прогулка» выдалась долгая и однообразная. Три уровня прошли пешком. За навсегда распахнутыми дверьми лифтов были видны кабины с длинным рядом кнопок без номеров. Оперативный центр с рядами компьютеров. Бассейн с сауной и даже банкетный зал, чтобы важные люди пересидели плохие времена в комфорте и роскоши.
Стоп! А это что?
На бетоне стены торчало нечто, напоминавшее канделябр из белой пластмассы. И
– Не знаю, господин майор, – сообщил провожатый. – Может, украшение какое…
– Зато я знаю! – вдруг нарушил молчание Дракон. – Это «подсвечник», мутант такой. Третий раз в жизни вижу.
– Мутант! – как-то жалобно пискнул офицер, отступая на пару шагов. Рука его принялась нашаривать кобуру.
– Не бойтесь, – чуть заметная насмешка прозвучала в голосе сталкера. – Он безвредный. На обратном пути заберем. Пригодится в хозяйстве.
За неприметной дверью в торце сауны начинались технические помещения. Тут все осталось, как и в давние восьмидесятые, – тяжелые гермодвери, зеленая армейская краска на стенах, пыльные лампы в «намордниках» решеток.
Здесь не было «времянки», и они освещали себе путь ручными динамо-фонарями.
Коридор явственно закруглялся влево, видимо огибая бункер по периметру.
Еще один трап, и они оказались в обширном подземном зале. Под потолком перекрещивающиеся связки труб и кабелей с толстыми воздуховодами. Вдоль стен вкруговую шел железный решетчатый мостик с облезлыми перилами. А под ними чернело спокойное гладкое зеркало воды.
Освещался зал здоровенным карбидным фонарем на треноге, яркое пламя которого било в глаза.
Понятно, тянуть сюда кабель замучаешься, а керосиновых ламп опасались из-за все той же «бензинки».
У фонаря стоял часовой в защитном комплекте «ТАСК-М» и с «Кедром» на изготовку.
– Тарщь командир, за время моего… – начал было он, но Иваницкий лишь махнул рукой.
Не обращая внимания на часового, Антон тяжело вздохнул, глядя в черный колодец.
Какое-то время вглядывался в эту безмятежную бездну, ощущая запах сырости с привкусом еще чего-то. Может, древней глины, в которую было прежде заключено великое подмосковное море. И вдруг ощутил легкое беспокойство, словно кто-то пристально глядел на него из глубины.
Водяная толща будто уловила внимание к себе и как бы тоже начала вглядываться в крошечного разумного муравья.
Арсеньев отпрянул и инстинктивно вцепился в автомат, словно стараясь получить от этого прикосновения толику силы. Но приступ быстро прошел, как и не бывало.
– Тьфу, черт! – выдохнул начлаб.
Осторожно подсев к краю колодца, он посветил в воду фонариком. И опять замер, на этот раз по-настоящему испугавшись.
Там действительно что-то было. И оно поднималось из бездны!
– Мама!!! – заорал солдатик-караульный, кидаясь назад.
При этом он сбил стойку с карбидной лампой, и та, разумеется, полетела вниз в воду. Последовал хлопок лопнувшего стекла, и воздух наполнился острой вонью ацетилена.
Но темнота не наступила.
Откуда-то снизу явственно пробивался свет – холодный, яркий, с разноцветными отблесками. И с каждой секундой разгорался под бульканье пузырей выходящего газа – карбида в лампе было заряжено на совесть.
– Бежим! – истошно выкрикнул капитан и, споткнувшись, растянулся во весь рост на железе мостков.
Антон тоже отпрыгнул от перил. И в следующий миг услышал сильный всплеск воды. Что-то приближалось. Неотвратимое, бесконечно сильное и таящее угрозу, но вместе с тем благостное. Арсеньев ощутил, что не может и, что хуже, не хочет никуда двигаться. А потом увидел то, что всплыло из черной, подсвеченной холодноватым огнем воды.
ОНО было слишком чужеродно и непонятно, чтобы испугаться.
Начлаб даже не осознал, что это, точнее, увидев существо, так и не смог оценить его целиком. Понял лишь, что оно было не очень большим – почти полностью перекрывая диаметр провала.
Он лишь видел и схватывал какие-то разрозненные части неведомого создания. Прозрачный стеклянистый ребристый овал, внутри которого и по граням пробегали дорожки пурпурных, синих, зеленых огней. Радужно переливающиеся оболочки. От обеих сторон тела тянулись длинные изящные щупальца цвета темного хрусталя. Переплетение мерцающих иссиня-белым, как у галогеновых ламп, светом сгущений внутри и какие-то темные предметы на их фоне. Светящиеся нити в распростершейся вокруг почти невидимой мантии. И призывно-загадочно, таинственно и необъяснимо притягательно мерцающий свет в центре существа – яркий и пульсирующий.