Играя интонациями, женщина вкладывала в это обидное ругательство какой-то тайный, непонятный посторонним смысл. Она смотрела в сторону только что вошедшего человека своими донельзя расширенными, выкатившимися из орбит глазами и смеялась, смеялась, смеялась, начиная постепенно заваливаться набок. Слёзы текли по её щекам, рыдания сотрясали плечи, а взгляд блуждал, не зная на чём остановиться. Сергей вырулил на обочину, оставил кабину водителя, подошёл к бьющейся в истерике женщине и обнял её за плечи, не стесняясь посторонних.
- Козёл, козёл, козёл! - всё тише шептали губы Светланы.
Наконец она успокоилась, вытерла слёзы и слегка повела плечами, освобождаясь от обнимающих рук своего возлюбленного. Быстров, ни слова не говоря, сел на своё место, и автобус - не спеша, в раскачку тронулся с места и повёз людей, уставших от непривычно длинного, утомительного и даже обременительного для многих отдыха.
- Теперь за январь получать нечего будет, - промолвил кто-то в унисон своим грустным мыслям.
- Лучше бы работали в праздники, - отозвалась пожилая женщина с заднего сиденья. – Подумать только, сколько денег пропиваем за это время!
- А ты не жалей. На то они и Новогодние каникулы! - с несгибаемым оптимизмом ответил ей молодой парень.