Я проделал с Машей то же самое, что и с Сергеем и, чуть погодя, девушка подала признаки жизни. Но то, что она очнулась, оказалось недостаточным. Увидев свои истерзанные руки и пальцы, девушка громко застонала от боли. Я не стал останавливаться на них, лишь скомандовал Сергею быть готовым выходить через десять минут. Арину я попросил помочь Маше. Моя любимая не медлила ни секунды, она быстро сбежала вниз по лестнице за аптечкой и, спустя несколько секунд, уже влетела в комнату сестры Игоря.
В каждой комнате меня ожидала одна и та же картина: разорваны вещи, ободраны стены, в некоторых комнатах были выбиты окна, а хозяева комнат лежали без сознания на полу. Как тот волк смог на нас так подействовать? Я даже в фильмах не видел такого, что уж говорить о реальности. Насколько, оказывается, наша сущность нам неведома. Это не есть хорошо. Мы не знаем всех наших возможностей и всех наших тайн: этим легко могут воспользоваться наши враги.
Больше всего меня напугала картина в комнате Светы. Моя подруга детства без сознания лежала на полу, замотанная в одеяло, а её парень Женя в слезах сидел в углу комнаты с расцарапанным лицом. Женя изредка посматривал на Свету с жалостью незнакомой мне. Он напуган состоянием девушки. Наверное, он даже хотел бы взять всё то, что испытала Света, на себя. Комната была усеяна осколками, рваными книгами, битыми стеклянными безделушками, через выбитое окно в комнату задувало снег. Видимо, в приступе гнева зверь в Свете набросился на её парня. Бедный Женя. Он тоже, как Арина, потерял в себе кровь оборотня и не стал жертвой массового приступа сумасшествия – он видел всё, что происходило с его девушкой.