— Мэл. Мэл, солнышко, послушай. Бекса здесь нет, честное слово.
— Не вешай мне лапшу на уши, дубина! Ты и этот крысеныш неразлучны, как сиамские близнецы. Вдобавок, когда я звонила ему на мобильный, трубку взял ты!
Олли вдруг вспоминает — а ведь и вправду!
— Э-э, да… только потом ему пришлось срочно отлучиться, — натужно выдает он, испуганный тем, что его разум заплыл в неизведанные широты.
Мэл не покупается на это жалкое вранье.
— Адриан, выходи! Хоть раз в жизни докажи, что ты мужчина! — кричит в темноту Мэл, обращаясь совсем не к тому человеку.
— Мэл, Мэлси, клянусь всем чем угодно, Бекса здесь нет. Провалиться мне на этом месте! — Олли всеми силами старается вывести мою подругу со склада.
— Я тебе не верю! — фыркает она.
— Пожалуйста, Мэл, уходи отсюда, иначе из-за тебя нас всех загребут, — умоляет Олли.
— Ай-яй-яй, таких хороших мальчиков, — фыркает Мэл, как будто ей на это плевать.
— Поверь, Мэл, Бекс сейчас в другом месте!
— А я говорю, он здесь, и я с места не сдвинусь, пока его не увижу, — твердо заявляет Мэл и оглушительно вопит: — ХВАТИТ ПРЯТАТЬСЯ, АДРИАН! — Не удивлюсь, если ее громогласные крики перебудили всю охрану в округе. — ВЫХОДИ, КОМУ СКАЗАЛА, КУСОК…
В этот момент на Олли неожиданно снисходит озарение и он поспешно выпаливает:
— Бекс с другой девушкой!
Естественно, у Мэл отпадает челюсть, и поток ругательств прекращается.
— Что ты сказал?
— Ей-богу, это чистая правда, — продолжает Олли, чувствуя, что победа близка. — Поэтому я и не хотел тебе ничего говорить.
Мэл не верит своим ушам.
— Бекс сейчас с другой девушкой? — переспрашивает она.
— Нуда, и поэтому не смог пойти надело. Думаешь, я в восторге? В общем, его тут нет, — заверяет Олли.
Мэл безоговорочно ему верит. Еще бы, ведь Олли, дубина стоеросовая, сам того не зная, наткнулся на идеальную формулу лжи. Обвинение полностью снимается, если его перекрывает другое, в сто раз более тяжкое, например: «Клянусь, офицер, я не крал из магазина китайскую лапшу, поскольку в это время был очень занят — убивал жену и детишек».
— Он пошел на свидание с другой девушкой… — задыхается Мэл, — …в мой день рождения?
— У тебя сегодня день рождения? Поздравляю! — радуется наш Эйнштейн.
— ГДЕ ОН? — взрывается моя подружка.
— В «Якоре», на другом конце города. Там его и найдешь, — стучит Олли.
— Ну все, он покойник! — Мэл яростно разворачивается и, словно ураган, несется к своей машине.
Олли облегченно выдыхает.
Мэл открывает водительскую дверь и уже собирается прыгнуть на сиденье, как вдруг ее посещает какая-то мысль.
— Чуть не забыла! Сегодня вечером случайно встретилась с Белиндой.
— Правда? Как она, не скучает? — с живым интересом спрашивает Олли.
— О да, скучать ей некогда. Твоя Белинда неплохо проводит время в компании вашего приятеля. Его зовут Норрис, если не ошибаюсь. Услуга за услугу! — подмигивает Мэл и, взвизгнув шинами, уезжает, полная желания оторвать голову и мне, и моей несуществующей пассии.
Новость, как удар пыльным мешком, приводит Олли в состояние шока. Белинда и Норрис? Это все равно что поручить псу охранять твой воскресный ростбиф, при том что ростбиф сам готов вскочить в собачью пасть, после того как его чуть-чуть полили подливкой!
Олли, завернутый в пелену беспомощного отчаяния, оборачивается и едва не налетает на Роланда, который стоит всего в пяти сантиметрах от него.
— Отвали, блин, на хрен, — рычит мой друг.
Видя, что горизонт очистился, я покидаю комнату охранников и обнаруживаю Олли, в ступоре привалившегося к большому телевизору.
— Умотала? — спрашиваю я. Прежде чем вытащить из него ответ, мне приходится повторить вопрос несколько раз и помахать перед лицом страдальца зажженной спичкой.
— Чего? А, да.
— Что ей было надо? Какая муха ее укусила? Олли горестно трясет головой.
— Она сказала, что Белинда встречается с Норрисом, — бормочет он.
— Фу, уж в эту замочную скважину я точно не буду подглядывать сегодня ночью, — прыскаю я, радуясь, что Олли, наконец, подал признаки жизни. — Да ладно, шучу. Мы-то знаем, она давно не такая.
Роланд бросает на меня взгляд, который читается легко, точно книга. Я перелистываю последнюю страницу этой книги и вижу изрядно помятую Белинду, которая выкатывается из «Барсука» вместе с каким-нибудь мешком дерьма. Увы, тут уж ничего не поделаешь. Жребий брошен. И трусы, видимо, тоже. Сброшены, ага. Олли следует взять себя в руки и сосредоточиться на текущем задании.
— Так что ты ей наплел? — нажимаю я. Олли медленно качает головой.
— Не помню, какую-то чепуху.
— Отлично. Молодец, старик. Можешь ведь, когда захочешь, — искренне хвалю его я.
На следующее утро я был вынужден взять свои слова обратно — когда пришел домой и оказался под мощным обстрелом тарелками, за которым последовала моя любимая футболка клуба «Арсенал», разорванная в клочки. Я поворачиваюсь к Бобу и Роланду.
— Ладно, теперь нужно вас связать.
— Постой, зачем нас связывать? — выражает недовольство Боб.