Несколько минут сталкер сидел за столом и смотрел на дверь. Перед глазами проносились картины из прошлого. День их знакомства, попытки привести базу в божеский вид, Кут с Рутом, которые тоже пытались помогать, но лишь вечно мешались под ногами. Однажды спёрли одеяло и порвали в лоскуты, вон в том углу. И зачем им это понадобилось? Оля так ругалась, увидев сие безобразие – на лице сама собой появилась улыбка. Несколько минут он вспоминал, погрузившись в грёзы о прошлом слишком глубоко – вереница воспоминаний раскрутилась до сего дня и вид обвалившегося склона карьера, оказался подобен удару молота о наковальню. Только вместо наковальни, оказалось сознание сталкера, вся его личность. Он поднял голову к потолку и так протяжно завыл, что Семён подавился чем-то, да громко кашлять начал.
-Босс. – Прохрипел гигант, выбираясь в главную комнату. – Босс?
Никого. Ушёл, наверное…, Семён пожал плечами и вернулся на кухню. Сладко облизнувшись, с удовольствием откусил громадный кусок колбасы. Взял буханку хлеба и от неё кусок покрупнее откусил. Сверкая глазами, стал жевать. Когда колбаса кончилась, Семён густо покраснел – друг-то спит, а он ведь тоже с Выброса ничего не кушал. Гигант толкнул пальцем огрызок буханки. Смущённо кашлянул, стал в шкафу рыться. Вскоре с облегчением выдохнул – колбаса и хлеб ещё есть, не всё значит съел. Ну, слава богу. Пусть лежит Лом, пока не проснётся…, он почти вышел из комнаты. Точно-точно, Семён отчётливо помнил, как за порог шагнул.
Но очнулся, почему-то, опять смачно пережёвывая батон колбасы и куски хлеба. Гигант совсем пунцовый стал. Этак он всё сожрёт и когда Лом очнётся, ни крошки от свежих продуктов не останется. Только консервы, концентраты, сухпайки. А они ведь специально хлебу и колбасы взяли, что б немного себя порадовать продуктами, привычными для Большой земли. Надо сосредоточиться.
Семён нахмурился, напряг мышцы, рубашка на спине порвалась, ну да и бог с ней. Главное - сумел сосредоточился. Всё, можно идти спать. Бодрствовать пока тут колбаса свежая лежит, слишком опасно, ведь съест он всё. Семён снова пошёл к себе в комнату. Перешагнул порог, лёг в постель – точно помнил, что всё это сделал именно в таком порядке.
Но очнулся опять на кухне, доедая предпоследний батон колбасы.
-Оёй, как нехорошо-то получилось. – Качая головой, произнёс гигант. Один батон колбасы и полбулки хлеба. Остальное мистическим образом исчезло. Учитывая тот факт, что в животе приятно урчит, а ремень ослабить пришлось, он примерно догадывался, куда всё исчезло.
Надо срочно будить Лома. А то он всё съест, друг обидится, ругаться будет. А ему это не надо, он ведь не со зла. Не крыса он какая-то там. Просто такой он, с детства. Вот как батя его табуреткой два раза по затылку ударил, так с ним и стали случаться такие вот несчастья. Про себя Семён называл их «съестными нежданчиками». Батя тогда хорошо его…, ну и правильно. Он же сказал:
-Шоб, ик, сука…, Сёма, хватит реветь блять! Вытри кровь, на, тряпку вот…, нету. Ну рубашкой вытри, похер. Это Сёма, что бы ты, ик! Бля…, что б ты мужиком был. Понял, дебил ты тупой?
Сёма понял, он батю очень уважал. Хороший был мужик. Пил много, но это ему нужно было – он очень умный был, да, и добрый. Мог ведь и три раза ударить. А то и четыре. А он всего два – очень добрый был. Все его уважали. А Семён любил, потому что это отец был, а не сосед какой-то. Уважал и любил. Да и прав батя был, как выяснилось позже, практически во всём.
Надо будить Лома, пусть всё съедает - пока ещё осталось хоть что-то.
Семён прихватил с собой колбасу, хлеб и двинулся к комнате друга. Лом спал, сладко так, даже будить расхотелось. Решил всё же совладать с собой и…, и обнаружил, что съел пол батона колбасы, который другу нёс. И как так получилось? Наверное, в главной комнате случайно откусил.
Семён, весь красный, пряча глаза от стыда, подошёл к другу и протянул руку. Что-то мешается…, не видно что. Будто воздух уплотнился. Хм. Так разве бывает? Не бывает. Просто ему кажется. Да, точно. Надо посильнее надавить на руку, значит, вот так, ещё немного, почти дотянулся и…
Вспышка залила светом всю базу. Велес не всё увидел в этой аномалии, поглотившей тело Лома. Сила разряда, сильно зависела от массы объекта, потревожившего её пределы.
Гиганта швырнуло через всю комнату. Голова стукнулась о стену, череп треснул. Впрочем, к тому моменту, он уже не дышал – разряд сжёг внутренности…