Когда машина, развернувшись, скрылась из виду, Макс поднял сумки и зашагал по серому руслу дороги. И в такт шагам в голове отчеканивался раз за разом он, единственный, но теперь уже всепоглощающий вопрос.
— А что если я не пройду? Что тогда?
И поэтому он замер перед бледно-бежевой, постепенно сгущающейся стеной, и долго всматривался в её глубину. Но туман был безмолвен, никаких намёков, объяснений, только сыроватая, бездушная субстанция.
— Что если?…
— Ответ на этот вопрос лежит там… по ту сторону, — наконец, медленно проговорил он вслух, и сделав глубокий вдох, уверенно шагнул вперёд.