— Эй, парень, вынь глаза из задницы! Куда ты прешь?
Грубо вырванный из приятных фантазий, Брайан только теперь сообразил, что он чуть не угодил под пикап Хью Приста.
— Извините, мистер Прист, — пробормотал он, густо покраснев. Меньше всего ему хотелось нарваться на ярость Хью Приста, который служил в Управлении общественных работ и имел репутацию человека с самым дрянным характером во всем Касл-Роке. Брайан настороженно следил за ним. Если бы Прист собрался вылезти из машины, он бы вскочил на велик и припустил бы по Главной со скоростью света. Ему вовсе не улыбалось провести месяц в больнице только из-за того, что он размечтался о походе на ярмарку вместе с мисс Рэтклифф.
Но в приемнике пел Хэнк Уильямс-младший, а в ногах у Хью Приста стояла бутылка пива, и ему было лень выходить из машины ради того, чтобы выбить дерьмо из этого маленького придурка с глазами на заднице.
— Ты, парень, смотри, куда прешь, — сказал он, сделав хороший глоток из бутылки и глядя на Брайана убийственным взглядом, — потому что в следующий раз я и не подумаю остановиться. Просто перееду тебя и все. Размажу по дороге, дружочек.
Он переключил передачу и уехал.
Брайану вдруг захотелось — к счастью, этот безумный порыв очень быстро прошел — завопить ему вслед:
Не далее как вчера вечером Брайан видел мисс Рэтклифф и мистера Пратта. Они — в компании других молодых людей — расклеивали эти листовки, «Кости — орудие Дьявола», на телефонных столбах в том конце Главной улицы. А еще они пели гимны. Ну, правда, потом прошли католики и содрали все листовки. Это было даже смешно… хотя, будь Брайан постарше, он бы сделал все от него зависящее, чтобы защитить листовки — любые листовки, — которые мисс Рэтклифф расклеила своими святыми руками.
Брайан подумал о ее темно-синих глазах, о ее длинных ногах танцовщицы и почувствовал все то же мрачное удивление, которое он испытывал всякий раз, когда вспоминал, что в январе она собирается сменить имя с Салли Рэтклифф на Салли Пратт. Дурацкая фамилия Пратт — она ассоциировалось у Брайана со звуком, с каким, по его представлениям, должна падать с лестницы толстая тетка.
Как бы дико это ни звучало, но эти дурацкие мысли помогли ему успокоиться. Но они все равно не смогли отменить тот прискорбный факт, что Хью Прист оборвал его фантазию незадолго до апогея (когда Брайан целуется с мисс Рэтклифф и практически
Итак, Брайан привычно сложил свою фантазию по старым загибам, как обычно мы складываем важные документы, которые часто читаем и перечитываем, и запрятал на полку в дальнем уголке памяти — на законное место. Он приготовился сесть на велосипед и крутить педали до самого дома.
Но в этот момент он как раз проходил мимо нового магазина, и вывеска на двери привлекла его внимание. Что-то на ней изменилось. Он остановился и вгляделся повнимательнее.
Надписи:
МЫ открываемся СОВСЕМ Скоро!
ПРИХОДИТЕ 9 октября — и приводите друзей!